Титан

Обещаю.

_____

Единственное, чего я сейчас желал, так это стереть самодовольную улыбку с его уверенного лица.

Помимо самого Титана я заметил четверку вооруженных людей, а может айджей, и еще пятерых ученых, следящих за показателями установки. На меня тут же навели оружие.

– Вы все никак не можете понять, – продолжил говорить Титан. – Каким станет мир, подвластный только айджам.

– Но не ценой гибели миллионов.

– Планету давно следовало очистить.

Я смотрел то на него, то на направленные на меня автоматы.

Лишь это останавливало меня от выстрела прямо ему в голову. Я даже не знал, что делать дальше. Оказался в тупике. Одно неверное движение, и по мне откроют огонь. Даже способность не поможет.

– Значит, это все ради айджей? Но ведь наверняка после гибели большинства членов правительства именно ты встанешь во главе, разве не так?

Говорить – это единственное, что я сейчас мог. Кристалл в моем кармане, казалось, нагревался с каждой секундой.

– Временно, – согласился со мной Титан. – Хотя кто как не я, сможет сплотить айджей. Благодаря мне, их новый мир расцветет.

– Ты так уверен в своих силах. – Я не удержался от усмешки. Титан посмотрел на меня с едва заметным раздражением.

– Моя сила такая же уникальная, как и твоя, Люк. – Он подошел к одному из ученых, проверяя показатели на экране. – Ты можешь лишать других способностей, я же вытягиваю их силы, забирая навсегда.

– Просто присваиваешь себе, – эти слова я почти что выплюнул.

Теперь все встало на свои места. Мы гадали, сколько у него способностей, но все оказалось куда проще и гораздо опаснее. Он собрал себе целый бестиарий, забирая силы у других айджей.

– Называй это как угодно. – Титан одарил меня холодной улыбкой. – Но твоя способность мне не подвластна. Мы одинаковы, потому я не могу забрать ее себе. И из-за этого хочу дать тебе шанс примкнуть к благому делу. Став моей правой рукой, ты был бы одним из сильнейших айджей на всей планете.

– Но разумеется, не сильнее тебя, – снова хмыкнув.

– Кто-то же должен держать тебя в узде. Как и всех остальных.

Идей больше не было. Добраться до Титана, не получив при этом пулю в голову, не представлялось возможным. Нельзя сказать, что я испугался. Обмер, похолодел, поставил на себе крест, нарисовал в воображении невысокий могильный холмик, где-нибудь на опушке леса.