Мера хаоса

            На мгновение Хорст ощутил, что его предали, но потом сунул руку за пазуху и вытащил амулет. Рысья голова мягко серебрилась в свете горевшего неподалеку костра.

            Командор осторожно протянул ладонь. Он был первым человеком, отважившимся взять побрякушку в руку, если не считать барона, и Хорст на мгновение испугался, что его обожжет или покалечит иным образом. Но ничего не случилось. Ре Вальф подержал знак, а потом отпустил.

- Тяжкая тебе досталась ноша, - сказал он, - но в то же время редкая. Не каждому выпадает такое. Что же тебя не устраивает?

            Хорст бросил гневный взгляд в сторону шута - и это растрепал! - а сам ответил:

- Я хочу сам решать собственную судьбу. Хочу быть свободным.

            Командор помолчал, отражавшееся в его зрачках пламя костра почему-то казалось синим.- В том, что обычные люди понимают под свободой, слишком много Хаоса, - сказал он мягко.

            Хорст почувствовал, что находится на проповеди.

- А все же, - сказал он, - способен ли Орден защитить меня от магии? Если я захочу стать оруженосцем, например?

- Никто из командоров не примет тебя, - сказал ре Вальф, - и любого другого с таким амулетом.

            В этот момент Хорст понял, почему ему так трудно разговаривать с командором. Первый раз он встретил человека, совершенно лишенного мимики. Белое лицо оставалось бесстрастным, неподвижным, словно принадлежало не живому человеку, а облаченной в человеческую кожу статуе изо льда.

            Это выглядело непривычно и страшно.

- А каково... каково это - сражаться с Хаосом лицом к лицу? - спросил Хорст, чтобы сменить тему.

- Тяжело, - просто ответил ре Вальф. - Лишь тот, кто одолел страсти и сделал сердце твердым и чистым, как алмаз, может противостоять извечному врагу Порядка.

- Вот почему этот камень на вашем знамени?

- Именно поэтому, - командор кивнул в сторону Авти, и это стало его первым движением во время разговора.