За несколько дней до конца света...

-Вот это – наш мир, - сказал он, высоко подняв арбуз над головой, - Волшебники  и маги говорят, он круглый. Может и правда, но верится не очень. А это наша Русь, - он набросил платок на арбуз и быстро воткнул гвоздики в те места, где на нем были обозначены города. Потом покрутил арбуз в руках, не касаясь руками карты. Платок не падал. Князь потряс арбуз и закрутил его на пальце, как мяч.

- Видите, не падает платок! Держится! – удовлетворенно сказал он. – А почему?

- Потому, что гвоздиками приколот! – ответил сапожник Иван.

- Правильно! – кивнул Кузьма. – Держится, потому, что приколот. А приколол я его в тех местах, где отмечены наши города: Южный Кузькин, Северный Кузькин, Восточный Кузькин, Юго-Восточный… Не буду все перечислять. Сами знаете. И вот здесь - наш Западный Кузькин. А теперь возьмем и выдернем один, наш… - князь выдернул гвоздик. – Видите? Край платка провис! Это мы пропустили врага, чтобы ударить с тылу, но он лупанул первым… - Князь выдернул еще несколько гвоздиков. – А это враг взял, те города, которые не ожидали от нас такой подлости, и сразу посыпались другие города и городки…

Платок, бессильно повиснув на центральном гвоздике, почти сорвался с арбуза.

Гвоздик держался изо всех сил и, в конце концов, выскочил из полосатого бока. (Честно говоря, я думаю, что князь здесь смухлевал, не такой уж платок и тяжелый) Кузьма ловко подхватил платок и поднял в руке, так, чтобы было видно всем.

- Вот видите! – сказал он. – Нет больше на Земле страны под названием Русь! А все почему? Потому, что кто-то очень умный, пожалев свою драгоценную шкуру, решил уйти в сторону… Каждый из нас, от меня до последнего золотаря, такой гвоздик, на котором держится Русь и город Кузькин! И пока мы живы – не ходить врагам по нашей земле, не топтать наши поля, не жечь наши города…

- Князь – батюшка не сумлевайся, не уйдем мы в сторону, не отступим.

Мы за свою землю стеной станем, горой каменной, – закричали стоявшие в сторонке бояре, - Мы вот только в инородцах сомневаемся. Люди они не нашего роду племени, а вдруг побегут, а? А-а-а-а-а…

Тонкий луч острого горского кинжала замер у самого горла, сомневающегося боярина.

- Мы ныкогда нэ пэрэд кэм нэ отступаем. – сказал, глядя прямо в глаза боярину, хозяин кинжала. – И если дали слово, умираем, но держим. Мы, горцы, а не какие-нибудь Маклауды.

- Зря ты в них сомневаешься, – ответил князь, жестом дав приказ убрать кинжал от боярской шеи, - Они  ведь не только за нас будут сражаться, но и за себя тоже.