Рыжий. Том 2. Остановившие бурю

Несмотря на численное преимущество, пелагирские дезертиры, а это были именно они, лишенные своих верховых зверей, оказались посредственными бойцами. Сарг в первые четки серьезно ранил двоих и прикончил третьего, но четвертый оказался неожиданно хорош в бою. Он рубился самозабвенно, быстро, постоянно меняя плоскость атаки и прикрываясь своей саблей на отмахе. Отбиваясь от двоих сразу, Сарг не уследил, когда Доранта исчезла за поворотом. Что её заставило сбежать, наемник тоже не понял, но когда из-за кустов послышался жалобный крик, он вздрогнул и едва не пропустил удар.

Рыжий выругался, теснимый пелагирцами, и прибавил темп. Второй дезертир оказался к такому не готов и несколько ударов спустя рухнул в траву с разрубленной грудью. А оставшийся, поняв, что добыча не по зубам, швырнул в юношу горсть песка и бросился бежать.

Сарг успел отвернуться, так что песок попал лишь в левый глаз. Превозмогая резь, он швырнул метательный нож в убегающего и, отчаянно моргая, кинулся туда, где слышал крики.

Доранта сидела в траве, обхватив руками колени. Чуть поодаль скрючились обугленные тела дезертиров. На появившегося Сарга женщина подняла наполненный болью взгляд:

— Один убежал. Вынь, пожалуйста, из меня эту гадость.

В боку её торчала короткая стрела с серыми размохренными перьями.

Наёмник выругался. Бинты и мази остались где-то среди гор, а что делать с раненой, он не очень понимал.

Впрочем, юноша не стал терять времени. Достал кинжал, разрезал одежду вокруг раны. Пелагирские стрелы были печально знамениты своими зазубренными наконечниками, часто смазанными протухшим жиром пелагов.

Рана была нехорошая, опасная. Будь пелагирский лук чуть мощнее, наконечник достал бы до сердца. Но и так, из раны выдувались кровавые пузырьки, а в дыхании отчетливо слышалось бульканье.

— Будет больно. — предупредил Сарг, натягивая кожу возле раны. О том, что будет дальше, он предпочитал сейчас не думать.

— Просто вынь это. — сквозь зубы произнесла Доранта. И сплюнула кровь.

Юноша примерился, сделал первый разрез. Женщина глухо застонала. Конечно, на ребрах сходятся нервные узлы, даже простое прикосновение чувствуется сильнее. А тут рез прямо по ране...

Рыжий и сам стиснул зубы, сопереживая.

Еще один разрез. Стали видны зазубрины. Юноша не выдержал, ругнулся: шипы впились в ребро.

— Будет больно... — повторил он, берясь за древко.