Рыжий. Том 2. Остановившие бурю

Горцы дали им с собой шкуры каргала, так что замерзнуть им не грозило. Но, кроме шкур, надо было позаботиться о костре, да и веток для лежанки набрать тоже было не лишним.

Доранта доковыляла до камня на границе облюбованной площадки и тяжко осела на него:

— Никогда не думала, что путешествовать в человеческом обличье так неприятно. — пожаловалась она.

Сарг промолчал, распаковывая мешок и доставая нехитрые пожитки для вечерней трапезы.

— Ну и зачем нужно было все это представление? — продолжила драконица, когда юноша набрал хвороста и запалил костер.

— В чужом доме надо жить по чужим правилам. — откликнулся юноша. — Мы ушли друзьями, нам указали путь и дали с собой, что могли. А иначе мы бы уходили все дальше на восток и где бы мы спустились с гор — неведомо. И потом, чем ты недовольна? Ты была главной гостьей, тебе приносили лучшие куски…

— Вот этим и недовольна! Я до сих пор не хочу есть! А там думала, что лопну.

— Женщины… — покачал головой Сарг.

После нехитрого ужина (Доранта все же составила ему компанию, хоть с жаловалась, что есть не хочет), рыжий раскатал шкуры и накрыл ими охапку хвороста.

— Расскажи мне… о вас. — попросил он, снимая перевязи и скидывая куртку.

— Незачем. — откликнулась Доранта, раздеваясь. — Лишнее знание вредит.

— Мне интересно.

— Вот еще! — фыркнула женщина, укутываясь мохнатой, по-особому выделанной шкурой и потягиваясь под ней: — Больше делать мне нечего, как твое праздное любопытство тешить.

Сарг пожал плечами. Жаль, конечно. Но, если подумать, драконица права.

Он подхватил меч и кинжал и принялся разминаться, расправляя затекшие за день мышцы. Тело радовалось движению, привычные связки и выпады растягивали и взбадривали забившиеся за день мышцы, сплетаясь в рисунок боя. Мысли стали легкими, невесомыми, гнетущее ощущение ускользающего времени отступило. Сейчас было только движение и это движение несло радость. Холодный горный воздух обжигал разогретую кожу и легкие, бодрил, наполнял силой.

— Ты это передо мной, что ли, брачный танец танцуешь? — прервал его состояние насмешливый голос Доранты. Чувство полёта ушло. Сарг резко выдохнул, замирая в стойке.

— Делать мне больше нечего... — передразнил он драконицу.

Та рассмеялась.

— Ладно, танцевал хорошо. Теперь иди сюда, будешь искупать свою вину.

Сарг ничего не сказал, лишь оглянулся на женщину, пожал плечами и убрал клинки. Разгоряченное тело приятно холодил ветерок с гор.