Проклятие и искупление. Том 2. Наследие

Снег был изрешечен десятками следов, мешающих отыскать необходимые мне. Затолкав подальше нарастающую тревогу, я закрыла глаза и, глубоко вдохнув, резко выдохнула, накрывая воздушной волной пространство вокруг. По улицам пролетел неудержимый ветер, смел с крыш остатки снега, перевернул пустые ведра, застучал открытыми ставнями.

На окраине селения я нашла две фигуры, одну высокую и вторую пониже. Сомнений в том, что это Люфир, не было: ветер обрисовал очертания лука и колчана, и ленту, сорванную с волос порывом ветра.

Что ему понадобилось там? Слова трактирщика стучали в ушах в ритм с пульсом, пока я бежала, срезая путь через дворы и перескакивая через невысокие заборы. 

Я выскочила на занесенный снегом огород, расположенный за нарядным особняком, выделяющимся на фоне невысоких домов. Мальчик, виденный до этого в трактире, стоял ко мне спиной, и, по всей видимости, не заметил моего появления. Теперь, при свете солнца, я могла с уверенностью сказать, что его волосы были седыми. Люфир замер перед ним, сжимая в руке кинжал.

– Подними руку, – прозвучал звонкий мальчишеский голосок, и рука лучника, сжимавшая сверкнувшее лезвием оружие, поднялась до уровня груди.

– Поднеси нож к горлу, – последовал следующий приказ, в точности выполненный Люфиром. Его движения были замедленны и прерывисты, словно он пытался бороться с собственным телом. Неужели этот мальчишка – ментальный маг?

– Что. Здесь. Происходит, – отчеканила я, увидев достаточно, чтобы продолжать бездействовать.

Вздрогнув всем телом, будто его поймали на преступлении, как, собственно, и было, мальчишка обернулся.

– Уходи и забудь все, что видела, – его слова обрушились на меня неподъемной лавиной, пытаясь сломить волю. 

Мальчик был необычайно силен для своих лет. Его сила убеждения немногим уступала умениям Крайснера. По возвращению в Берилон стоило поблагодарить ментального за его тренировки, наконец-то сослужившие службу.

– Нет, не выйдет, – я покачала головой и сделала шаг вперед.

– Стой! Я приказываю тебе! – его голос почти сорвался на крик, а в глазах промелькнуло непонимание. 

– Приказывать может командир или правитель, а ты пока слишком мал, чтобы быть кем-то из них. Отпусти моего друга и давай поговорим.

– Нет! Приблизишься еще, и я скажу магу убить себя! – Тогора ткнул пальцем в Люфира, все еще стоящего с прижатым к горлу лезвием. В облике мальчика начало проявляться отчаяние пойманного зверя.