Бои Полководцев

Следом за пехотой из зева башен выскакивали пары коротышек со странными приспособлениями: один держал огромную бочку и бешено крутил какую-то ручку, второй направлял раструб в сторону нежити. 

— По-бе-ре-гись! — поток алхимического огня буквально залил стены и отряды подмоги внизу. В нем горели и хлипкие доспехи противника, и измененная магией псевдоплоть, лишаясь возможности собраться вновь.

Но скелеты были только мелкой разменной монетой. Стоило бойцам увязнуть в схватках, как вражеский Игрок сделала очередной ход.

В небе над стенами из-под чар невидимости появились костяные птицы: не тратя времени на бойню, летуны выхватывали очередного коротышку и улетали вглубь города. Десятникам пришлось перестраивать отряды, и это сразу сказалось на общей эффективности — гномы начали действовать более зажато и упустили инициативу.

А около черного обелиска Ам-а-Хтэп Буря Пустыни жертвенным кинжалом вспарывал живот захваченным подгорным воителям. Сразу после этого умирающих гномов оттаскивали на малые жертвенные алтари, которые, как пуповинами, были связаны с обелиском.

Поймав одному ему известный момент, лич повернул голову к своей госпоже, чтобы наткнуться на ответный взгляд. Видя, что жрец готов, та коротко кивнула.

Гранитные статуи на стене дрогнули. Вот поднялись огромные полумесяцы, которые до этого исполины держали на плечах.

В этот момент Громбриндал с Долгобородами прорвался через главные ворота и увяз в боях с фараонами на колесницах и их костяными гончими. Сознание старого Игрока фиксировало бойню на стене, но помочь он пока не мог. Да и рано списывать Орина и Багмана. Старые воители сражались и не с такими противниками.

— Караз-а-Карак! — снова кричит Отец Дружин и могучим ударом отделяет ногу одной из статуй.

— Рррр-а! — отвечает ему дружный рев. Кто кричит, гномы или нежить, разобрать невозможно.

— Багман, давай!

И старый гном «дал». За спинами пехоты вновь появились железные ящеры. Вооружены они были странными трубами, буквально светившимися от гномьих рун. Заняв позиции, воины дождались команды и разрядили свои метатели в ожившие статуи почти в упор.

От попаданий сразу нескольких троллебойных снарядов в каждую, статуи просто рассыпались на куски.