Наследие пустоты

Таким образом пилюли невероятно сложно оценивать обычных людям, ведь две пилюли с одинаковой чистотой могут дать совершенно разные результаты из-за используемых трав.

Так, если использовать для создания пилюли, залечивающей раны, травы возрастом десять лет, то она сможет залечить только свежие открытые раны. А если использовать траву возрастом сто лет, то даже сломанные кости тут же срастутся. Поэтому в названии обязательно указывался возраст. Если для создания пилюли использовалась десятилетняя трава, то эта лекарственная форма называлась так: «Десятилетняя пилюля, залечивающая раны первого уровня или наивысшего качества».

Когда Трэй отложил последний трактат, Рубен спросил:

— Ты закончил?

— Да, — спокойно ответил Трэй.

— Отлично. Назови мне, какие травы лежат перед тобой.

— Кровавый марош, пурпурный пурис, надан...

Трэй безошибочно назвал все травы. Рубен одобрительно покивал и спросил:

— Какие травы нужны для пилюли, залечивающей раны?

— Какого возраста пилюля? — вопросом на вопрос ответил Трэй.

Рубен довольный улыбнулся.

— Десять лет, — сказал Рубен.

— Три стебля кровавого мароша десяти лет, ядро морозного волка пятого уровня, — без запинки отчеканил Трэй, и Рубен кивнул.

— Какую пилюлю ты должен создать для прохождения экзамена на присвоение первого алхимического уровня?

— Любую пилюлю первого уровня.

Рубен задавал вопросы несколько часов и, убедившись, что Трэй все запомнил, перешёл к практике.

— Теория это теория, вся сложность начинается с изготовления. Малейшая небрежность уничтожит ингредиенты, а также заберёт твоё время.

Твой ум должен быть спокойным, без лишних мыслей. Полная концентрация на процессе. Сейчас я покажу тебе, как создать пилюлю, залечивающую раны.

Рубен взял в руки кровавый марош, и на его пальце появилось золотое пламя, которое, однако, не являлась частью его духовной энергии. Температура в округе резко возросла, так что даже Трэю, закалённому в огне, стало жарко.

Полностью сосредоточившись, Трэй внимательно следил за каждым движением Рубена.

Он ещё не видел, подобного. Казалось, что это пламя словно часть тела Рубена. Пламя было настолько чистым и мощным, что Трэй стал сомневался в том, что Рубен человек. Таким пламенем не обладал даже дракон в испытании, и уж тем более оно никак несравнимо с пламенем Трэя.

Алхимик направил его со своего пальца в алхимическую печь и бросил туда стебель травы. Кровавый марош стал преобразовываться под влиянием пламени, пока не сформировался красный шарик.