Наследие пустоты

Дракон опустился на уцелевшую стену неподалёку от него, вцепившись в камни всеми четырьмя лапами, и зарычал. Из его огромных ноздрей прямо в лицо Трэю ударил обжигающий воздух, но тот остался стоять ровно, глядя прямо в зелёные глаза дракона.

Он впервые в жизни видел настоящего, хоть и в мире снов, дракона. Тот полностью расправил крылья, и они раскинулись на добрую сотню шагов. Чешуя дракона состояла из красных кристаллов. На груди ярко светился особо крупный кристалл. Видимо, именно там располагалось пылающее сердце дракона.

Дракон вновь зарычал, жаркое дыхание опалило Трэю волосы, но его стальной взгляд не изменился. Трэй бесстрашно смотрел на ужасающее существо, и сердце его оставалось спокойным, как гладь озера. А потом он слабо улыбнулся – и все вокруг сковал лютый мороз.

И тут Трэй понял, как он смог пройти первое испытание. Чем крепче твоя вера в себя, в собственные силы, тем сильнее ты будешь – таков закон иллюзорного мира. И это могущество быстро увеличивалось. Он был благодарен Белой Жрице за первое испытание.

Надпись «огонь» на печати в руках Белой Жрицы стала тускнеть, пока не стала почти незаметной. Лицо Белой Жрицы просияло, она предчувствовала, как после долгих лет обретёт свободу.

Засветилась надпись «вода», и Трэй оказался в следующем сне.

Он сделал шаг в непроглядной тьме, и перед ним возник Белый.

— Это ты виноват в моей смерти! — раздался со всех сторон оглушающий крик.

Трэй упал на колени, закрывая уши, из которых тут же стала капать кровь.

— Если бы ты сразу заплатил наш долг карлику, нам бы не пришлось отправляться в одно из трёх запретных мест, мы бы не поссорились с Сектой Ир`шах, и мне бы не пришлось умирать от рук Хосе! — ещё громче закричал Белый, словно хотел раздавить Трэя мощью своего голоса.

«Это иллюзия», – сказал себе Трэй.

Он убрал руки от ушей, поднялся на ноги и посмотрел прямо в глаза Белому. Какая-то иллюзия смеет его обвинять от лица его друга! Только за то, что она приняла облик Белого, Трэй решил уничтожить её.

— Ты прав, — сказал он.

Белый широко улыбнулся, ощущая победу, но вдруг он побледнел и сплюнул кровь.

— Ты прав, Белый бы не умер, не отправься мы в одно из запретных мест.