Кровь Достойных

Слыхал я, что в Дубках мужик стал пропадать… – Понизив голос, Алёшка обвёл собравшихся взглядом и добавил: – А три дня тому даже баба. Как сквозь землю! Во как!

– Да ладно тебе. Что тут такого?

В разговор вступил Сун, узколицый потомок завоёванной почти сотню лет тому Саламдэ. Его речь невозможно было отличить от остальных парней, но внешность сразу же выдавала «дурную» кровь. Насмешливо посматривая на рассказчика, он прищурил и без того узкие глаза, превратив их в щёлки.

– Ясное дело, это же деревня, что у самого леса стоит, да ещё и рядом с болотом.

Как пить дать, утопли твои мужики… и баба.

– Может и утопли, да только слышал я, что по ночам над лесом видали местные зарево чудное. – Алёшка поднял руку и провёл ей над столом, словно хотел дотронуться до чего-то невидимого и невесомого. – Как туман, говорят, что поутру над рекой стелется. Только этот тёмный да фиолетовый и над деревьями. Вот оно как!

– Ну заладил. Вот оно как, да вон оно что! – Сун нетерпеливо цокнул языком, и отмахнулся от брехуна кружкой.

– Вечно ты байки травишь, а как на деле выходит? – Прищуренный глаз обвёл собравшихся за столом и остановился на Алёшке. – Краем уха, где ухватишь, а то и вовсе по пьяни!

– А вот и нет! С чего это? Да ещё и по пьяни?! – вдруг вскипел Алёшка. – В моём роду отродясь никого загульного не было! Это ты у нас любитель зелёного змея! – На секунду он замолк, переводя дыхания и будто бы собираясь с мыслями, а потом закончил: – И вообще, все вы, Саламы, такие. И ты, и весь твой узкомордый народ!

При этих словах глаза Суна неприятно расширились, придав ему совсем уж чудной вид, но не успел он решить, стоит ли отвечать на оскорбление, как Алёшка перешёл на другую тему, словно бы напрочь позабыв о нём:

– И вообще, чего мы сидим-то? Наливайте!

– Вот это другой разговор! – тут же подхватил идею мужик, что возносил тост в честь Бога воды.

– А то от историй твоих только настроение портится!

– И кто тут любитель змея… – в полголоса процедил Сун, однако с удовольствием подставил и свою кружку.

Ему всё равно бы не удалось отстоять честь бывшей родины. Среди мужиков, собравшихся этим вечером за столом, он единственный не принадлежал к роду «Великих Северных Воителей» или по-простому Воргов, да и сколько лет прошло с той войны. Он-то родился уже в Империи.

***

Над Триозёрьем взошёл месяц, проглядывающий сквозь серые тучи. Дождь прекратился, но земля осталась сырой и вязкой. Всюду стояли лужи, а дорогу пересекали колеи от телег и упряжек.