Кровь Достойных

Он то и дело что-то приговаривал, восхваляя всех Богов, которых мог упомнить, пока наконец не оторвал взгляд от камня и не спросил у охотника:

– Продаёшь сразу или хочешь, чтобы я попридержал у себя?

По выражению лица Корнелиуса Верус сразу же понял, какого ответа от него ждут. Не став разочаровывать старого знакомого, кивнул:

– Сразу.

– Отлично! – Ярко вспыхнув румянцем, антиквар смёл камень с прилавка одним движением руки, а в следующую секунду уже укладывал его на весы. – Так, так, так… Посмотрим, посмотрим, что тут у нас? Почти двести грамм, а если быть точным, то одна сотня девять десятков и четыре грамма.

– Да так, одного живучего засранца, – отмахнулся от расспросов тот.

– Что же. – По лицу было ясно, что Корнелиусу без разницы, кто умер ради камня. – Раз не хочешь рассказывать, не надо. Главное, что ты принёс его сюда, – сделав особый акцент на «его», добавил антиквар, закончив взвешивание.

Подхватив Нигматический камень с весов, он перенёс его на небольшой столик в углу. На нём располагался странный механизм, состоящий из десятков тонких железных трубок и креплений. Отогнув четыре из них, Корнелиус на несколько секунд погрузился в размышления и добавил пятую. Аккуратно закрепив камень на причудливом устройстве, он вынул с нижней полки небольшой чан и подставил под устройство. Наконец, выудив из пол халата маленький флакончик, Корнелиус выдернул пробку и почти что трясущимися руками капнул одну единственную каплю на жёлтый камень: густая вязкая жижа, едва соприкоснувшись с поверхностью, ярко вспыхнула.

– Да, как и думал. Яркий жёлтый с примесью оранжевого – категория три минус, неплохо, неплохо…

Закрыв флакон и убрав его обратно в складки халата, антиквар развернулся к любимому клиенту. На толстом оплывшем лице застыло надрывное выражение. Внутри торговца шла ожесточённая борьба.

– Если ты назовёшь меньше двенадцати, я больше и шага в эту халупу не сделаю… – предупреждающе произнёс Верус, все это время наблюдавший за махинациями старого знакомого, облокотившись на прилавок..

– Двенадцать?! Да это же грабеж! Грабёж средь бела дня!

– Вообще-то уже давно вечер, – указав за спину в сторону выхода, вставил Верус. Короткий смешок не ускользнул от внимания Корнелиуса, но он предпочёл пропустить его мимо ушей.