Демон

В этот раз Реймс проснулся относительно спокойно, но всё равно ему не по себе. К нему зашли двое дикарей, развязали и повели очень далеко от поселения. Луна полностью сделалась алой и окрашивала в сей кровавый цвет всю Пустыню. От этого она выглядела весьма необычно, маняще и, по необъяснимой причине, нисколько не пугала одержимого.

Их привели к какому-то колоссальному сооружению. Объять взором его не представлялось возможным и оно черное, высотой со стену города. Когда привели остальных пленников, их всех поставили перед этой стеной.

— Соплеменники! — раздался позади голос Сайона. — Близится к концу праздник Кровавой Луны! И этой ночью пленников ждет последнее испытание. Этой ночью мы узнаем, обретёт ли кто-нибудь из них свободу, или же всех ждёт лишь смерть...

Тот, кому Реймс спас жизнь повернул голову в сторону одержимого и прошептал:

— Почему вы спасли мя?

— Первый раз потому, что мне не хотелось, чтобы тебя убили, когда ты был так близок к спасению. А второй раз... не знаю. Просто решил тебя спасти и всё.

Бывший стражник закивал и коротко поклонился, благодаря так Реймса.

— Начинайте! — скомандовал Сайон.

Дикари подошли к пленникам, взяли их за плечи и принялись разводить в разные стороны.

— Мя зовут Талор, — успел произнести бывший стражник прежде, чем оказался достаточно далеко от Реймса.

Их поставили поближе к стене, но на существенном расстоянии друг от друга. Что-то зашевелилось и открылось четыре прохода. Каждому выдали оружие. Реймсу достался меч, Талору вновь булава, третьему два кинжала, а последнему двуручный односторонний топор.

— Задача ваша довольно проста: найти выход из лабиринта, — сказал напоследок вождь жителей песков. — Кто выберется – тот и победил.

Пленников толкнули в спины и они вошли в лабиринт, а проходы за ними закрылись.

— Пусть оракул подготовится и придёт ко мне. Я должен знать всё, что там происходит, — повелел Сайон.

Войдя внутрь, Реймс обратил внимание на стены лабиринта. Они сделаны из странного чёрного камня, а не из обсидиана, как ему показалось изначально.

Внутри этого сооружения витало что-то странное, непонятное. Нет, оно не пугало, но и не утешало. Место само по себе являлось каким-то особенным.