Маленький Леший

— Странный какой-то, но помню его очень чётко, — Иосиф высыпал немного табака на кусок газеты и стал сворачивать «козью ножку», — будто бы надо мной спорят ангел-хранитель с чертом. И черт сказал, что меня убьют.— Ты ж не пьяный вчера был вроде, или где-то успел фляжку наполнить, а? — Сергеич подмигнул, изо всех сил стараясь улыбнуться.— Не пил я, а фляга пустая, даже воды забыл набрать. Так вот, они спорят, а я со стороны смотрю и слушаю. И ангел говорит, что моя мать получит две похоронки, — Иосиф неловко затянулся и закашлялся, на глазах выступили слёзы.

— А ты один на фронте? — старшина протянул собеседнику флягу: — Попей.— Нет, — солдат сделал несколько глотков: — Спасибо. Нас трое: младший, Николай, убежал к партизанам в сорок втором, убили в июле 44-го. Старший, Иван, воюет где-то, как и я. Так вот, во сне ангел сказал, что моя мать получит две похоронки, а черт сказал, что три. Значит, убьют меня.— Да что ты заладил, убьют — убьют, — Сергеич раздражённо отбросил самокрутку, — мне такие сны уже три года снятся, со Сталинграда. И что? Живой ведь.— Понимаешь, Сергеич…— Смирно!— Вольно, — молоденький лейтенант подошел к говорившим, — ну что, готовы?— Так точно, товарищ лейтенант, готовы!— Скоро начнётся, — лейтенант снял пилотку и пригладил волосы.— Волнуетесь? — старшина протянул кисет командиру, — покурите, перед боем самое то.— Спасибо, не курю. Иосиф, — взводный повернулся к красноармейцу, — наш особист в штабе сказал, чтобы я за тобой присматривал.— Это за что ж меня он так любит, товарищ лейтенант? — солдат повернул голову: — Твою ж…. — Смирно! — лейтенант быстро надел пилотку и, приложив к ней руку, шагнул в сторону появившегося в окопе капитана с синими петлицами.— Вольно, — криво усмехнувшись, нежданный гость остановился перед троицей. — Гавдей!— Я, товарищ…! — красноармеец вытянулся в струнку.— Головка от .., — презрительно прервал особист, — что ж ты, друг любезный, сам очень хитрый, или мои коллеги не доработали? Лейтенант и старшина недоуменно переглянулись. «Плохая примета, — подумал Сергеич, — птичка певчая перед боем заявилась, быть беде».— Никак нет, товарищ капитан, — солдат стоял навытяжку, устремив взгляд мимо капитана.— А расскажи-ка мне, где ты служил раньше?— Сапёром 255 отдельного сапёрного батальона 186 стрелковой дивизии, 10 октября 1944 года под Сероцком был тяжело ранен, по излечении направлен для прохождения дальнейшей службы…— Ваньку валяешь! — особист открыл планшетку.