Маленький Леший

Мы с тобой, Адам, одно дело делаем. Партизаним и немцев бьем. — Значит, я – маленький Леший, — улыбнулся мальчишка. — А что, приду к нашим, возьму такой позывной. Мне нравится. — И, словно смакуя, Адам повторил: — Маленький Леший докладывает: по железной дороге на восток прошли четыре эшелона, два с танками, примерное количество — двадцать единиц, один с живой силой и… — Осторожно, мечтатель, — с улыбкой перебил Рыгор, — здесь болото. Дед аккуратно повел паренька по снегу, каким-то шестым чувством находя правильную дорогу через укрытую белым покрывалом топь.

Справа неожиданно зашевелился сугроб, выплескивая из-под себя густую черную жижу. — Не бузи, дай пройти спокойно, — прошептал старик. — Что вы сказали? — удивился Адам. — Заговор есть такой, — охотно пояснил Рыгор, — чтобы хозяин болота не утащил. — Меня научите? Ой! Посмотрев на побелевшее лицо мальчишки, старик остановился и аккуратно вытер кровь на лице партизана: — Больно? — Ерунда, царапина, — с трудом улыбнулся Адам, — до свадьбы заживет. В ушах только звенит. — Потерпи, немного осталось. — Леший поправил шапку на голове паренька. — Скоро придем. — Там наши? — Да, связной из твоего отряда. — Откуда знаете? – Партизан внимательно посмотрел на спутника и вдруг резко поднял автомат: — Руки! Спиной ко мне! — Ты чего, — удивился Рыгор, но покладисто развернулся. — Свой я, свой. — Разговорчики, — ствол несильно ткнул в спину, — иди. Несколько минут старый и маленький Лешие двигались в полном молчании. Наверное, из-за контузии Адаму казалось, что ветки с тихим звоном раздвигаются, пропуская его и старика. Но было не до размышлений. Безумно хотелось лечь и уснуть. Проваливаясь по колено в снег, паренек хрипло дышал, с трудом удерживая резко потяжелевший автомат, и мечтал поскорее добраться до своих. А вдруг этот хрыч приведет к немцам? — Чудак ты, — отвечая на безмолвный вопрос, буркнул Рыгор, — какие немцы? К своим приведу. — Увидим, — жестко перебил мальчишка. — Имей в виду, мне терять нечего. Живым не дамся. И ствол автомата снова ткнул в спину. — Верю, верю, — хмыкнул старик, — а ты молодец. — Разговорчики, — повторил Адам, чувствуя, как кровь опять струится по лицу. Автомат весил, наверное, тонну, не меньше. Да еще и шапка эта. Неслышно повесив оружие на плечо, паренек сдернул ее с головы. Стало легче.