Маленький Леший

— девушка хотела что-то добавить, но капитан перебил:— Это тебе, я сохранил. В холодную ладошку легла слегка вытянутая речная жемчужина.— Товарищ капитан…— Меня Николай зовут.***— Уснул? — водитель полуторки нетерпеливо сигналил.— Да погоди ты, — отмахнулся сержант, глядя на перекрёсток. Где командир, держа за руки смущённую девушку, что-то рассказывал и… улыбался.

Автор - Андрей Авдей

«… у меня всё хорошо…»

А за окном воробьиным чириканьем разливалась шальная весна. Тихо шелестели молодые листья на деревьях, а солнце наблюдало за детворой, игравшей в салки.

Услышав громкий визг за окном, Баба Аня улыбнулась. Даст Бог, и в её доме ещё затопают крохотные ножки. Женщина осторожно разгладила лежавшее на столе письмо. От младшего. Несколько минут она смотрела на исписанный лист, а затем взяла бумагу и карандаш:«Здравствуй, сыночек. Вчера получила от тебя весточку…». Баба Аня вздохнула.«Слава Богу, что ранение лёгкое. Лечись, сколько врачи говорят, не спеши выписываться». Четверых проводила на фронт в один день. Мужа и сыновей.«А если предложат остаться при госпитале, соглашайся. Пожалей мать. Только ты у меня остался, всех война забрала». Тот страшный майский вечер она будет помнить до конца жизни. Когда почтальон, не глядя в глаза, сунул в руки три одинаковых конверта. Извещения на мужа и сыновей. Старшего и среднего. Сжав похоронки в руке, она молча повернулась и вошла в дом. А утром соседи ахнули, увидев вместо еще молодой женщины пятидесяти лет поседевшую, согбенную горем старушку. Бабу Аню.«Катя, соседка наша, передаёт поклон, каждый день о тебе спрашивает.Вот вернёшься и сразу под венец. Хочу внуков понянчить». Женщина с грустной улыбкой посмотрела в окно. Дети всё так же продолжали резвиться.«И береги себя. Твоя мама». Аккуратно сложив письмо, баба Аня старательно вывела: «Красноармейцу… полевая почта…».***— Сергей Викторович, можно? – пожилая санитарка заглянула в кабинет. Заведующий отделением, не отрываясь от бумаг, согласно кивнул:— Что у вас, Ирина Петровна?— Вот, она вам ответила, — и на стол лёг бумажный треугольник. Доктор внимательно посмотрел на письмо:— Знаете, что самое страшное в войне? То, что она закончилась, но она продолжается.— Для таких, как баба Аня, — тихо добавила санитарка.— И для них, и для нас, — добавил Сергей Викторович, — можете идти.*** А за окном воробьиным чириканьем разливалась шальная весна.