Крылья распахнуть!

»

Старик обернулся к илву, лежавшему лицом на сложенных руках:

 – А ты, Филин, не искал работу в городе? Конечно, люди вашего брата не любят, но ты же лучший плотник отсюда до самой Виктии!

Темная фигура не пошевелилась, но ответ прозвучал. Голос был тонок, как у ребенка:

 – Мне нельзя оставаться на одном месте. За мной всегда следует смерть.

Из-под щеки лежащего вынырнула рука. Крепкие, сильные пальцы ударили по столу. Вылетевшие из подушечек когти процарапали столешницу. Отведя душу, илв снова убрал руку под голову.

Это движение заняло лишь несколько мгновений, но вышибала углядел неладное и враз очутился возле углового стола:

 – Эй, приятель, здесь обслуживают только людей. Ступай в «Развеселую пляску» или в «Охапку дров». Там не брезгуют наливать кому попало.

Илв не ответил, даже головы не поднял. Зато остальные шестеро вскочили на ноги дружно и разом.

 – Ну, ты, хрен собачий, – негромко, но очень веско начал побагровевший боцман, – чего к нашему леташу вяжешься? Ковыляй отсюда, не мешай небоходам гулять.

Вышибала не то чтобы струсил (и не таких верзил приходилось утихомиривать) – просто не хотелось ему, чтобы в отсутствие хозяина всколыхнулась серьезная драка. А что серьезная – тут сомнений не было. Даже белобрысый юнга, совсем не геройского вида паренек, стиснул кулаки.

 – Да я чего?.. – сбавил вышибала тон. – Я говорю, что дружку вашему будет вольготнее в «Развеселой пляске» или в «Охапке дров».

 – А вот мы здесь устроим такую развеселую пляску.

 – ...что от твоего кабака останется охапка дров, – закончил ее мысль старик.

А тощая, мелкая, похожая на мышь девчонка покачала в руке тяжелую глиняную кружку. Прикидывала, как ее швырнуть пометче!

Вышибала отступил с ворчанием: мол, хозяин сейчас вернется, как скажет, так и будет...

Команда, отбившая атаку, вновь уселась за стол. Маленькая победа не подняла настроения бывшему экипажу «Облачного коня». Наоборот, острее заставила почувствовать неотвратимое расставание.

 – Райсул, – обратился боцман Хаанс к смуглому круглолицему леташу, – за Просоленной улицей, где постоялый двор, я видел караван. Ваш, халфатийский. Сходил бы туда – может, работа тебе сыщется. Толмачом... или этих... верблюдов стеречь.

 – Можно сходить, – согласился Райсул. – Но это на время. – Черные глаза халфатийца гордо сверкнули. – Хочу летать!

Ответом ему был дружный вздох. Летать хотели все.