Игра на нервах. Том 1.

– Рада! – окрикнул Михаэль жрицу, – чего сидишь, отдыхаешь? Не видишь что ли? Питомец даже логи просматривать не умеет! Быстро научи!

Новое неприятное открытие ожидало Найда – мало того, что его реальность, как оказалось, полностью состоит из цифр, так его жизнь еще в этих самых цифрах полностью записана в логах. Быстро найдя запись боя со скальной кошкой, Найд озвучил полученный от дротика урон:

– Девять.

– Чего девять? Процентов?

– Нет, девять единиц, – уточнил Найд.

– Всего девять? И тебя от боли скрючило?

Найденыш кивнул.

– Я эти девять единиц ощущаю как небольшой порез. А если тебя копьем на полном ходу рыцарь прошьет? Ты же от боли все зубы раскрошишь, – спросил Михаэль, – друг, я бы на твоем месте забронировался по самую макушку и стал сейфом. Причем очень добрым сейфом, крайне миролюбивым.

– Я латы одеть не могу, пробовал.

– Вот черт, значит, по классу твоего персонажа не подходят. Раз броня у тебя только легкая, то вариант выживания у тебя один – уворачиваться, ускользать и уклоняться от ударов.

Скрываться и прятаться, чтобы бить первым. Ну и если ты противника с первых попаданий не завалишь, то тебе надо еще и быстро бегать. Я может, сейчас глупость посоветую, но вкладывай все свободные очки в Ловкость.

Найденыш вопросительно посмотрел на Раду, та, подумав пару секунд, кивнула.

Распределить очки характеристик Найд смог сам Его это сильно порадовало – он начал понимать принципы работы игрового меню. Ведь не век же с ним Рада с Михаэлем нянчиться будут. После распределения очки характеристик у Найда стали выглядеть так:

Сила тела – 9 

Сила духа – 5 

Интеллект – 12

Ловкость – 22

Удача – 9

Горестный вздох Харла и подскочивший к сердцу желудок не обманули, дирижабль прибыл к Храму Воздуха и начал снижение.

 

Харла с Найденышем жрецы опять подняли в знакомую келью без стены и предупредили, что вечером пройдет праздничная служба в честь победы над вероломной баронессой и что они на эту службу приглашены. Морянин, не любивший всякие храмовые церемонии, сначала было приуныл, но его быстро успокоил Михаэль – праздничные службы больше походили на пиры со столами, ломящимися от разных вкусностей.

А в угол пиршественной залы жрецы выкатят две бочки, в одной из них будет плескаться замечательное белое, а в другой красное храмовое вино. Они сегодня будут черпать эту амброзию большими ковшами, в то время как аристократы в больших городах готовы платить по пятьдесят серебряных за бутылку.