Игра на нервах. Том 1.

Захариас проводил их в большую залу, где привратник быстро накрыл стол и нацедил хозяину из бочонка огромный серебряный кубок вина.

– Мы пришли, чтобы… – хотел сразу приступить к делу Найд, но Захариас жестом его  остановил и приложился к кубку.

По седой бороде Захариаса стекали струйки красного вина, пил он жадно, до тех пор, пока полностью не осушил кубок. Привратник отрезал от окорока солидный кусок и положил его в тарелку перед Захариасом.

– Закусывайте, мессер.

– Иди-ка ты брат прочь! Сам разберусь.

Привратник, горько вздыхая, вышел, а Захариас снова налил себе полный кубок вина. Найд понял, что если хозяина дома не остановить, то минут через десять с ним поговорить уже не получиться.

– Захариас, секунду. Давай закончим с нашим разговором, да мы пойдем. Не будем тебе ужинать мешать.

Захариас посмотрел на кубок и с огромным видимым сожалением поставил его на стол.

– Я хотел про две вещи узнать из твоей коллекции. Плащ со змеей и застежку от него. Ты их купил у лесной знахарки Эльзы.

– Положим купил, вам то какое дело до этого барахла?

– Эльза… взяла их у меня.

– Опять не понимаю предмета разговора, я их не украл.  Я их честно приобрел, ко мне-то какие вопросы?

– Я хотел бы их посмотреть. И если возможно, у тебя их выкупить.

Захариас все-таки приложился к кубку и мотнул своими седыми кудрями.

– Значит, молва уже пошла. Начали слетаться стервятники.

– О чем молва? Причем здесь стервятники?

– Ну как же, у старого Захариаса кончились деньги, Захариас теперь банкрот! Вот и сбежались все как мухи на угощенье на мою коллекцию!

– Плащ и застежка на самом деле принадлежали мне, – сказал Найд и поведал Захариасу свою историю.

– М-да, жаль, что ты не был моим кредитором. Я бы очень обрадовался, если бы кому-нибудь из них память отшибло. 

– Что довело тебя до банкротства?

– Любовь к своим дочуркам. И желанием обустроить их будущее. Наша семья – коренные жители Долинки, у нас есть свои собственные охотничьи угодья на болотах и оговоренное с другими семьями количество вылавливаемых криссалидов в месяц.

 – Ого! Да вы тут прямо борцы за права животных! Ни одна лишняя ящерица не должна пострадать! – сыронизировала Рада.

Захариас поморщился.

– Дело не в этом. Мы… как это правильнее будет сказать… слишком быстро убивали ящериц. Если бы охота и дальше так продолжалась, мы бы перебили их всех. Поэтому семействам Новой Доли было разрешено ловить не более пяти криссалидов в месяц.