Ключ Гиброима

Отпихнув агонизирующее тело ногой, в сторожку ступила долговязая чёрная фигура.

Балаш схватил саблю прежде, чем встал, а встал быстрее, чем стряхнул сонную одурь. Сказался весь опыт десяти лет беспрерывных войн с мятежными салхитами и хаммадийцами. Он прыгнул вперёд, со свистом рубанул саблей наотмашь крест-накрест. Неизвестный зеркально повторил его действия, защищаясь, и не сразу понял, что опоздал. Понял, что умирает и закричал только когда его внутренности стали выпадать на пол. Балаш нанёс третий удар, обрывая крик, как раз тогда.

Когда в комнатку шагнул новый противник.

С первого же обмена ударов начальнику стало ясно, что этого быстротой и напором не взять. Тогда он применил хитрость, перенятую у мхазских наёмников, в прошлом бывших пиратами. Они мастера битвы в узких пространствах, тесных трюмах и между скамей гребцов. Балаш ударил поверху. Ударил понизу. Сделал финт. Поймал на гарду саблю врага, сплёл клинки, рванул в сторону, открывая место для удара кинжалом. Сам кинжал уже был в руке.

И вдруг…

Он как будто налетел на стену. Тело ниже груди пронзила резкая боль. Навалилась внезапная слабость. Враг оказался так близко, что в скудном освещении Балаш смог различить цвет его глаз. Золотистые, будто у волка.

— Неплохая попытка, — сказал волчеглазый. — Но я тоже знаю этот приём.

А потом он ударил Балаша в грудь. Он завалился на лавку. Прижимая ладонь к кровоточащей ране, тускнеющим взором смотрел, как убийца заносит над ним клинок. А потом Балаш умер.

Волчеглазый вытер клинок, когда в сторожку заглянул ещё один «чёрный».

— Врата наши! — громким шёпотом доложил он. — Что дальше, открывать их?

Раскрытые настежь ворота привлекут внимание остальных стражников. Главарю «чёрных» это было не надо.

— Оставить на замке. Отоприте калитку.

А сам снял со стены факел, подошёл к бойнице. Несколько раз опустил его и поднял. Подождал немного, потом повторил сигнал. Через десять ударов сердца, на уходящей в пустыню дороге появился плотный столб пыли…

***

Сны были странные, болезненные хаотичные.

Эльдара в каскаде ярких образов, наполненных голосами и звуками. Он видел черных пауков, ползущих по стенам. Видел Дикое Пограничье, свою заставу и как снова несёт дозор. Видел крадущихся волколаков, переживал песчаную бурю среди нагромождений камней, а потом, неожиданно, оказывался в эпицентре сражений. Это были схватки с обезумевшими сафуадами в подземной сокровищнице, или многочисленные стычки с налётчиками в Пограничье.