Ключ Гиброима

Меч пробил кольчугу так глубоко, что вышел острием из спины. Пальцы его разжались, глухо звякнула о песок сабля.

Эльдар перевёл дыхание и вытянул из трупа кончар. В голове после боя как будто клубился туман. Борясь с подкатывающей тошнотой, он заботливо протёр от крови клинок и только после этого ощупал рану на голове. Кажется, кость цела, но придётся сделать повязку.

Он вернулся к колодцу. Подошел к коням, успокоил их. Он собирался проверить подсумки, поискать чистый холст, но взгляд его упал на мешок. Резкие движения отдавали колоколом в голове.

Морщась от боли, он осторожно стащил поклажу с коня, положил на песок, развязал. И встретился взглядом с парой больших голубых, слегка косящих глаз.

«Опять,— подумало он. — История повторяется, как тогда с Эриатнэ и Миримэ».

— Я даже не удивлён,— он хмыкнул.— И откуда ты такая взялась, а?

Девушка не могла ответить из-за кляпа. Темные волосы налипали на лицо, не позволяя, как следует, его рассмотреть, но Феранору показалось, что она очень и очень молода. Она судорожно втянула воздух и зажмурилась, когда он поднёс к ней кинжал, но он только осторожно взрезал её путы и отошёл, занявшись потрошением сумок.

К его сожалению, ничего подходящего в сумках не оказалось. Пришлось отрезать лоскут от подола собственной исподней рубахи. К этому времени девушка успела самостоятельно развязать оставшиеся путы. На спасителя поглядывала с подозрением и испугом, хотя могла бы вскочить в седло ближайшего коня и ускакать.

— Кто ты, незнакомец? — спросила девушка и убрала волос с лица.

— Ты не атраванец…

— Я вообще не из рода людей,— он посмотрел на неё.

Первое впечатление оказалось верным. Она действительно была очень юна. Смуглая, длинноногая, нежной округлой грудью, с чёрными вьющимися волосами. Длинная, шитая узорами, рубаха скрадывала фигуру, но грудь уже была оформившейся и с возрастом обещала увеличиться. Плавностью движений она походила на танцовщицу.

— Как твоё имя?

— Гасседи. Что со мной будет?

— Я не провидец, — сказал он, плеская в руку из фляги и промывая лицо.

— Но ясно вижу, что ты получишь коня, какого сама выберешь. Советую взять вон того, на котором тебя везли эти похитители цветов.[1] Вернёшься домой. У тебя есть дом, или ты просто рабыня?

— Я не рабыня! — вспыхнула девушка.— Эти мерзавцы, да подпалит их в Бездне Алал, украли меня из отцовского шатра. Пусть благодарят Алуита, что умерли так легко. Мой отец — Асад-Бей — содрал бы с них кожу!

Она подошла и мягко прикоснулась к его голове.