Ключ Гиброима

Для этого каждый из нас будет делать то, что лучше всего умеет. Пусть наглис пугают феллахов слухами и пророчествами; насылают мор на стада и иссушают источники. Каждое волнение черни, вспыхнувшее вдали от Кадамана, пойдёт нам на пользу. Царице Баззакафатхе (он назвал змеедеву по имени) следует поспешить в Азрабею и присоединиться к Мургу. Скоро он зажжёт там восстание, оно оттянет на себя внимание и силы из сопредельных санджаков. Его подавление затянется, если эламеи будут устраивать засады на горных тропах. Тебе же, мастер, делать то, что уже делаешь: привлекай на свою сторону недовольных порядками чародеев.

— И я это сделаю! Я по-прежнему участник Дивана, у меня остаются ученики, да и в Атраване, есть те, кто всё ещё прислушивается к моему мнению, клянусь Шабом и Минрой.

— Пусть некроманты поднимают как можно больше зайданов. Это войско устрашит смертных и лишит воли к сопротивлению. Чем быстрее мы подчиним Кадаман, тем лучше. Победа любит быстроту и не терпит промедлений.

— Гладко рассуждаешь, — сказал Юнес.

— Но мы знаем, что даже на ровной дороге попадаются камни. Не все города распахнут ворота едва увидят войско из мертвецов. Да и пустынники не долго будут твоими, когда поймут, кто в действительности манипулирует ими. Одна – другая неделя, потерянная под стенами городов, и от твоих замыслов полетят перья.

— И здесь нам поможет древняя магия, — Гюлим подался в своём кресле вперёд. Теперь факелы светили ему в затылок, отчего на лицо легли тени, а глаза зажглись карминно-красным. — Нам не придётся штурмовать непокорные города.

Достаточно будет их окружить и воззвать к силам, к которым в своё время взывал государь Саракаш. Всё будет как было пять веков назад в Раколине.

— Ты говоришь о «Глотке Хариумшах»?! — Безликий чародей вскочил со своего места. — Его плетением владел один Саракаш! Он унёс свой секрет в могилу!

— И тем не менее, — хафаш улыбнулся, — оно у меня. Скоро вы увидите его в действии…

***

Скрывая дрожь пальцев, Коэнна сцепил их замком и пристально глянул на Тень.

— Когда… — он не узнал своего голоса. Он показался ему непривычно скрипучим и хриплым. — Когда случилась их встреча?

— Больше восьми лун назад.

«Тогда же, — чародей напряг память, — когда я встретил Сораха и Даю…»

Показать свою силу Гюлим мог на любом другом кишлаке, но Алуит решил, чтобы им стал именно этот. Распорядись Всевышний иначе — бедная девушка не потеряла б родню, а он, Коэнна, не получил свидетеля преступлений. Стоило возблагодарить Алуита за это.