Ключ Гиброима

Он и его вечный товарищ Азир были слишком чистыми для людей, переживших песчаную бурю, что означало в возглавляемой Багаутдином атаке они не участвовали.

— Знаешь, — проговорил разбойник.— Мне действительно хочется привязать тебя к хвосту своей лошади и проскакать десяток стрелищ галопом. Ведь это ты втянул нас в это гиблое дело.

Несколько человек за его спиной рассмеялись, другие смотрели исподлобья.

— Мы хотели поймать одного единственного алялата, — раздалось из толпы, — а теперь выясняется, что он не один.

И что на его стороне колдовство. Сегодня ночью погибла шестая часть наших, а обещанные пять сотен дихремов всё так же от нас далеко, если не ещё дальше…

Внезапно Багаутдин пошёл вперёд, расталкивая исайритов плечами, и его ястребиные налитые кровью глаза сверкнули над Дариком.

— Повтори, что ты сказал, мхаз!

Дарик сплюнул, попав великану на носок сапога.

— Ты можешь на меня лаять, но не вздумай кусаться.

Челюсть Багаутдина дрогнула от ярости.

— Ты назвал меня псом!

— Это он назвал.

Это всем очевидно.

Великан вызывающе вытащил свой гросс-мессир. Дарик отскочил, выхватил саблю. Внутри него образовалась какая-то странная пустота. Ни страха, ни злости. Погоня, Ключ, Феранор, Сагмира и Адихмар перестали его разом тревожить. Быть может этот здоровяк сейчас прикончит его и всё разом закончится? Но когда кривой клинок обрушился на него, он уклонился быстрым лёгким движением и сделал ответный выпад. Великан отразил, с неожиданной для его габаритов ловкостью. Клинки сцепились со скрежетом.

Великан сделал шаг, толкая полукровку могучим плечом. Дарик отскочил, но устоял на ногах. Разбойники зашумели, радуясь нечаянному развлечению. Раздались крики в поддержку Багаутдина.

— Спрятать клинки! — голос Сагмиры сталью зазвенел над толпой.

Не отводя глаз от противника, Дарик сдвинулся и повернулся так, чтобы видеть и великана, и чернокожую женщину, и на всякий случай Яхьина с дружком, одновременно.

Атаманша вышла и встала перед ними, разглядывая повелительно.

— Он оскорбил меня! — рявкнул Багаутдин.

— Сегодня ты заслужил каждое бранное слово, — ответила она холодно и посмотрела на Дарика. — Ты не мой, Дарик, но это не значит, что ты можешь безнаказанно нарушать мои правила. Ты будешь наказан…

Она осеклась, заметив, как плотно их обступила толпа.

— Чего вылупились, будто бараны? Похороните павших и приведите коней в порядок. Наши деньги сами себя не догонят...

По толпе пробежал ропот, но никто не шелохнулся.