Левиафан. Пути Древних

Лицо Ральфа бледнело на глазах, он все еще стоял только лишь потому, что каинит едва не держал его на руках.

– Должно, – кивнул Карн. – Но мы не будем…

– Хватит, парень, – Лейн попытался сделать шаг и чуть не упал, но вампир вовремя подхватил его.– Хватит слов. Я устал и едва ли выживу, ты должен это понимать.

– Там, куда мы идем, тебе помогут… – начал Мидас, но Ральф прервал его, мотнув головой.

– Я правда устал, – проговорил он и посмотрел на Карна так, будто видит его физические глаза. – Я сделал все для этих людей.

Все, что хотел. Все, что было нужно. А теперь… позвольте мне уйти… героем, – он улыбнулся и перевел подернутый стеклянистым туманом взгляд на фригийского царя. – Я никогда не верил в богов, но наша встреча показала мне, что я ошибался. Спасибо вам за это.

С этими словами Ральф оттолкнулся от Арминиуса (откуда только силы взялись!), выхватил из-за пояса нож и ударил им себя точно в солнечное сплетение.

Мидас и каинит подхватили оседающее тело, и древний бог увидел, что из груди англичанина торчит его скрамасакс.

Тот самый, который он отдал Пересвету и которым мальчишка ранил Какаги-Погока. Никто и не заметил, когда Лейн успел подобрать его.

– Я служил своим людям в жизни… послужу им и в смерти, – Лейн улыбнулся, чисто, искренне, и медленно закрыл свои голубые глаза. Мидас вырвал нож у него из груди и приложил к ране Вегвизир. Артефакт впитал в себя последний вздох англичанина, а вместе с ним – его жизненную силу.

Фригийский царь прочувствовал это и ошалело посмотрел на Карна.

– Все возьмитесь за руки! – выкрикнул парень. – Быстрее!

Правой рукой он взял Вегивизир, зажав его между своей ладонью и ладонью Мидаса, а левую протянул каиниту. Арминиус ухватил его руку, продолжая другой прижимать к себе обмякшее тело Ральфа Лейна. Тут же подскочил Пересвет и вцепился вампиру в бок, не выпуская руки Дары. Люди в мгновение ока образовали вокруг них живую цепь, а потом мир сжался до предела и расцвет мириадами тысячелетий, спрессованных в один удар сердца.

Мидас подумал о Фавне, а Карн – о Ниссе, и они вновь оказались в четвертом веке нашей эры недалеко от Радогоста, что в самом сердце земли русов. Причем их перенесло туда же, куда артефакт Одина привел их в прошлый раз. То есть в большую концентрическую котловину, образовавшуюся в их первое прибытие.

Теперь котловина стала вдвое глубже, она была буквально забита людьми.