Левиафан. Пути Древних

Это было жестоко. Противоестественно. Жизненная сила Вячко перетекала в каинита и каждая ее частица оглушительно кричала во всех диапазонах энергетического спектра. Она рвалась на свободу, сотрясаясь в конвульсиях непередаваемого ужаса, абсолютное бессилие раскатывалось во все стороны исполинскими волнами и разбивалось на мириады брызг невыносимого страдания. К счастью, все это не коснулось души старика и Карн вздохнул с облегчением, увидев, как она скользнула в глубины подпространства, уносясь прочь и навекисливаясь с бескрайними просторами Дуата.

Арминиус осушил Вячко в несколько мощных глотков. Затем он осторожно уложил его тело на землю и провел рукой по старческому лицу, смыкая его веки.

– Этого достаточно, – тихо сказал каинит, облизнув увлажненные алым губы, и повернулся к Карну. – Сколько у нас времени?

– Они вот-вот нагонят нас, – парень вновь сфокусировался на периферических ощущениях. Ближайшая группа гарпий находилась всего в полукилометре от них и расстояние быстро сокращалось.

– Тогда я сделаю это прямо здесь, – каинит бросил оба меча в ножны и достал из-за голенища широкий короткий нож с лезвием матовой полировки. Он полоснул себя по запястью, умело вскрыв сразу несколько артерий. Из глубокого разреза ударил фонтан темной крови.

Позже Карн узнает, что у вампиров в отличие от смертных даже артериальная кровь – темная. Это объясняется недостатком кислорода, ведь он не поступает в них естественным образом через, дыхание. Для этого у Детей Каина есть иные механизмы.

Арминиус обронил нож. Мидас, который все-таки не удержался и вполоборота смотрел на происходящее, подумал, что вампир резанул слишком глубоко, повредив сухожилия. Однако бог тут же признал свою ошибку – столь точны и рассчитаны были движения каинита, он просто не мог сделать что-то не так. Фригийский царь сделал выводы и ужаснулся, осознав, что каждое из увиденных им действий оттачивалось сотнями, если не тысячами проведенных ритуалов.

Каинит зашептал слова, которые фригийский царь не понимал, а внутренний взор Карна воспринимал как хаотичные обрывки мусорного кода. Парень постарался закрыть свой разум, ощутив потенциальную опасность. И правильно сделал. Есть силы, с которыми лучше не соприкасаться. Кем бы ты ни был.

Когда Арминиус убрал руку с запястья, вместо резаной раны там остался  лишь тонкий шрам.