Божественный рассвет

— Неужели ваше положение важнее жизни детей?! — Закричал, чувствуя свое бессилие.

В глубине души он чувствовал себя таким же. Боялся показывать меч, пропитанный кровью богов. Боялся косых взглядов ученика и Бога Войны. Он просто... боялся выйти из-под контроля, как раньше. Он ненавидел себя за это, призирал, но не мог пересилить и достать кровавый клинок.

— Остановись! — воскликнул Чжун Цзун.

Голос демона набатом пронесся по пещере, отражаясь эхом от стен. Казалось, что он и в самом деле вышел из Нижнего Мира, дабы покарать неугодных.

Прикрыв глаза, он мысленно обругал себя. Ему приносят в жертву сочного, горячего, сладчайшего ребенка, а он приказал остановиться. Он сам от себя такого не ожидал, но увидев панику на лице учителя, в глубине его сердца будто что-то трепыхнулось, разливаясь слабым теплом.

Распахнув веер, он высокомерно вскинул голову, медленно ступая к своей статуе. Люди на земле расступались, отползая к стенам. Все они были обычными смертными и аура непревзойденного демона заставляла их сердца сжиматься от ужаса.

— Ты кто?! — Рыкнул мужчина, рассматривая изящное тело, что медленно приближалось к нему.

— Я тот, кому ты молишься уже который день. — Чжун Цзун поднял на мужчину темный взгляд, в глубине которого полыхали алые всполохи. — Мы заключили сделку: ты отдаешь свою душу, а я удачу в азартных играх. Что за балаган ты тут устроил?

— Обмен начесный! — взревел мужчина, прижав острие клинка к шее ребенка. — Посмотри, что со мной стало!

Мужчина повернулся к демону частью лица, где кожа и мясо сгнили почти до костей.

Чжун Цзун улыбнулся, проведя языком по клыкам. Вид этого человека лишь разжигал его аппетит.

— Потеряв душу, ты теряешь и все остальное. — Усмехнулся он, спрятав улыбку за веером. Он смотрел на мужчину снизу вверх, но превосходство демона угнетало человека. Казалось, это Чжун Цзун возвышается над ним, подавляя своей смертоносной, тяжелой аурой. — Сколько бы детей ты не убил, ничего не изменится.

— Мерзкий сукин сын! — завопил мужик. Вены на его руках вздулись, будто вот-вот лопнут. Его глаза налились кровью, а из дыры в пасти потекла слюна. — Гнить твоим останкам в отбросах!

Он резко повел рукой. Клинок скользнул по нежной коже девочки, впиваясь в её плоть и оставляя глубокий порез. Кровь окропила лицо демона. Не ожидая такого поворота, он вздрогнул, отступив назад.

Зрачки Цин Луна резко сузились.