Божественный рассвет

Земля вздыбилась, молнии извергались дождем, огонь поднялся стеной, уничтожая все, что осталось от роскошных дворцов и сказочных садов богов.

Все резко прекратилось, оставив столб пыли и удушливый запах крови и палёной плоти.

Тай У с трудом приподнялся на локтях, затуманенным взглядом обведя горы камней и крови, что оставил после себя демон. Он даже не догадывался, насколько сильным был Пожиратель Мира и что небесные чертоги за один день будут полностью разрушены.

— Цин Лун! — Лин Куэй, пошатываясь, встал на ноги и побежал туда, где был демон.

На месте, где стоял Пожиратель Мира, осталась внушительная воронка, а в центре сидел Цин Лун, до белых костяшек сжимая сияющий меч. Он тяжело дышал, опустив голову и смотрел в некуда.

— Он мертв? — Лин Куэй подбежал ближе, сжав плечи мужчины. — Все кончено? Ответь мне! Ты в порядке?

— Нет. — Просипел Цин Лун, подняв пустые глаза. — Я не смогу его долго удерживать в мече.

— Ты запечатал его в меч?! — Лин Куэй попытался коснуться полыхающего лезвия, но не смог – темная энергия отторгала, не давая приблизиться.

— Что нужно сделать? Наложить ещё печати?

— Если бы его душа была разбита и ослаблена, как в тот раз, это помогло. — Качнул головой юноша, прикрыв глаза. — Но сейчас она цельна и сопротивляется. У нас мало времени.

— Скажи, что нужно сделать?

Цин Лун поднял на Князя Демонов глаза, полные любви и сожаления. Повернув лезвие к себе, он вонзил меч в грудь.

— Цин Лун! — вопль вырвался из горла демона. Он попытался сжать рукоять меча, но та будто полыхала огнем.

— Ты безумец! Что ты делаешь?!

— Спасаю тебя... — Выдохнул Цин Лун, заваливаясь набок.

Меч постепенно потух, обгорев дочерна. Лин Куэй застыл с бездыханным телом отца на руках. Тай У подошёл ближе и упал на колени перед демоном, с жалостью рассматривая бледное лицо учителя. Он осторожно вытащил меч из его груди и опустил на землю.

— Давай унесем его отсюда.

— Что с ним? — бесцветным голосом спросил Лин Куэй, осторожно беря отца на руки. — Он же не?..

— Битва всё ещё идёт.

— Тай У поднялся на дрожащие ноги, опираясь на меч. — Но теперь в его теле. Не знаю, что будет дальше. Прошлый Небесный Император отдал жизнь, чтобы пленить Пожирателя Мира. Его нарекли так неспроста. Поистине могущественный демон олицетворяет конец всего живого. Сбежать сейчас означало обречь весь мир на погибель. Цин Лун не тот, кто бежит с поля боя.

— Лучше бы он был таким. — Выплюнул Лин Куэй, со скорбью заглядывая в мертвенно-бледное лицо отца.