Божественный рассвет

— Конечно, им нужны испытуемые для лекарств. И мы отобрали наименее агрессивных, но кто мог знать, что они взбесятся, стоит их вывести на солнечный свет.

— И правда, кто... — Бай Хуа скривил губы в презрительной ухмылке.

— А вы, собственно, кто?! — Насторожился стражник, положив руку на рукоять меча. — Как смеете, сомневается в нашей компетенции?

— Простите. — Влез Цин Лун, встав между двух огней. — Мы прибыли в Муншоу, чтобы исцелить этих людей.

— А, да! — махнул рукой мужик на телеге. — Один силен, как бык, а второй, насколько я понял, юный заклинатель.

— Без разрешения не положено влезать в дела города. Откуда мне знать, что это правда? — стражник недоверчиво скользнул взглядом по юноше в белых одеждах с ребенком на руках. — Может, это шарлатаны. Мы им деньги, а их и поминай, как звали!

— Ну, что Вы! — рассмеялся Цин Лун. — Никаких денег нам не нужно. Лишь исцелить все зло в сердцах этих несчастных.

— В таком случае, мы немедленно отправимся к главе города Ди Шао.

Белые стены, исписанные золотыми узорами, крыша с глиняной черепицей, изящно подогнутой по краям, большие резные двери и окна из красного дерева. Это был единственный особняк, где бушевала зелень, и журчал ручьи, а по зеленой траве в саду гуляли райские птицы с белоснежными, огромными хвостами. Цин Лун буквально почувствовал, как оказался много лет назад, когда все вокруг было столь же прекрасным.

Страж проводил двоих незнакомцев в особняк. Внутри было светло и просторно: полы из красного дерева, стены украшенные старинными картинами, на высоких окнах висели бархатные гобелены, у стен стояла антикварная мебель и пышные цветы в фарфоровых вазах.

Цин Лун с детским восторгом осматривал красивые коридоры, по которым их вели, а вот ребенок на его руках лишь сильнее хмурил тонкие брови, крепко обняв тонкую шею юноши.

Хозяин этого роскошного места сидел в обеденном зале. Войдя внутрь, Бай Хуа с отвращением скривился – мужчина за столом запихивал в рот сразу две куриные ножки и громко чавкал. Богу казалось, что перед ним сидит не человек, а огромный свин. Обилие блюд поражало. Мясо выглядело очень аппетитно и источало приятные ароматы, но при одном взгляде на хозяина особняка возникало только чувство отвращения.

Бай Хуа покосился на учителя и ребенка.