Божественный рассвет

— Понимаю, еда на вкус как помои, но повар уверял, что в твоём состоянии она полезна.

— Дело не в еде. — Юноша качнул головой и слабо улыбнулся. — Просто, не до конца отошёл от случившегося. Бедняжка Чжоу Сюнь пала жертвой моего клинка. Не понимаю, откуда он мог взяться? Все семь мечей были запреты во дворце Верховного Бога. И если один у нас то, что с остальными?

— Цин Лун, ты так часто винишь себя. — Рассмеялся Су Сянь. Ребёнок взял гребень и стал аккуратно расчесывать длинные, каштановые волосы. — А тебе когда-нибудь приходило на ум, что во всех твоих бедах виновен кто-то другой?

Цин Лун нахмурился, сжав палочки для еды.

— Ч-что ты имеешь в виду? — пробормотал, обернувшись на ребёнка. — Эти мечи были созданы мной. Я заточил в них Пожирателя Мира. И это я запер их во дворце Верховного Бога.

— Да, шестьсот лет назад. — Кивнул Су Сянь и улыбнулся, покрутив в руках золотую шпильку в форме дракона. — Смотри. Это подарок. В твоём имени есть дракон, так что она придётся к лицу.

Учитель хмуро перевёл взгляд с мальчишки на шпильку и обратно. Дорогая, золотая заколка в виде дракона в воздушных узорах и крапинками самоцветов, в самом деле, была красивой. А так же дорогой. Цин Луну даже не хотелось спрашивать, откуда она, что бы ни слушать целую тираду лжи.

— Ну, что ты так на меня смотришь? — Су Сянь развернул голову юноши, продолжая осторожно собирать волосы с висков и затейливо закрутил, проткнув пучок шпилькой. — Да, прошло много времени. Тебя не было на Небесах триста лет, а на троне сидит какая-то мямля.

— Тай У не мямля! — оскорбился Цин Лун, бросив в ученика грозный взгляд. — Как ты можешь говорить подобное по отношению к Небесному Императору.

— Для меня ты единственный император. — Су Сянь счастливо улыбнулся, расправляя длинные пряди шелковистых волос.

Учитель замер, выронив из рук палочки для еды. Слова Су Сяня были осмысленными и шли от самого сердце. Мальчик продолжал улыбаться, увлечённо перебирая волосы своего учителя.

Цин Лун никак не мог понять, почему ребёнок из сна смеялся над его прошлым, а сейчас возносит до Небес. Он хотел вновь обратиться к своему маленькому ученику, но Су Сянь его опередил:

— Если ты не голоден, то давай поспешим и вернёмся в главный дворец главы. Эти старики давно ждут нас.

Цин Лун кивнул и отодвинул еду. Аппетита не было ещё с того момента, как он проснулся. И только поднявшись, юноша заметил, что его одежды полностью окрасились в чёрный.