Божественный рассвет

После обеда Су Сянь вновь сел за каллиграфию, а Цин Лун уединился на заднем дворе, внимательно осматривая приглашение, что принес Гуан Чжи Шао. Как можно было дать приглашение и не оставить подсказку, где искать секту?! Если он, древний, извергнутый бог не смог этого понять, то, как четырнадцатилетний мальчик должен её найти? Цин Лун злился на собственную глупость, не в силах разгадать, как же им найти секту и не упасть в грязь лицом перед своими учениками.

Заметив, как Цин Лун мечется по заднему двору с приглашением и хмурится, уголки губ Су Сянь непроизвольно дрогнули.

Учитель выглядел таким злым и растерянным, но с этим детским, округлым лицом, это выглядело забавно.

Лениво пнув мешок с картошкой у лестницы, Цин Лун запустил руку в длинные волосы и задел шнурок с красными бусинами на пучке. Лопнув, кожаный шнурок порвался и три крупные янтарные бусины упали в жухлую траву. Почувствовав беспомощность, мужчина устало потер лицо и тяжело опустился на колени, собирая бусины.

— Ты слишком стараешься для этого парня.

— Улыбнулся Су Сянь, сев перед учителем и поднял крупную бусину. — Лучше откажись от этого и давай сходим на охоту?

— Так нельзя. — Покачал головой юноша, собирая на шнурок бусины. — Мы должны помогать другим, это очень важно.

— Помогать другим? — скривился Су Сянь, протянув бусину. — А если в итоге они предадут тебя? Обманут?! А после... — Парень потускнел, опустив голову, — будут делать вид, что тебя больше не существует и жить дальше, не вспоминая и не думая о тебе.

Цин Лун улыбнулся, коснувшись мальчика за подбородок, и приподнял голову, посмотрев в темные глаза.

— Понимаешь, в мире много плохих людей, но так же много хороших. Да, мы иногда делаем ошибки, поступаем плохо, идем неверной дорогой, но... — Цин Лун вынул из рукава маленький клубок красных нитей и оторвал небольшой кусочек. — У каждого есть рубцы на сердце, и они мешают нам жить так, как мы хотим. Эти рубцы оставляют люди с такими же ранами. Им становится легче, когда рядом есть кто-то такой же несчастный.

Но мы не должны поддаваться, иначе рубцов на сердце станет только больше. Я не стану просить тебя быть всегда хорошим и добрым. Сам знаю, что это невозможно. Но я попрошу тебя о другом... — Он вдел одну бусину в нить и повязал на ленте, что держала высокий хвост ученика. — Как бы больно тебе не было, постарайся улыбаться назло всем и каждого.

— Но... Это твоя бусина. — Су Сянь посмотрел на две оставшиеся янтарные бусины, что были в руках учителя.