Божественный рассвет

— Ты уверен, что тебе не нужна моя помощь?

Чжун Цзун посмотрел на хмурого ребенка, чей взгляд пронизывал, как кинжал и робко кашлянул.

— Ты извини, но от тебя помощи не больше, чем от твоего очередного воспитанника. — Усмехнулся демон, тряхнув пышными кудрями. — Именно поэтому, я желаю отправить тебя куда подальше, где безопасно. И вот... — Чжун Цзун достал из рукава продолговатый, золотой камешек с серебряным узором в виде спирали и бросил учителю. — Артефакт переноса. Он твой!

Цин Лун поймал камень. Тот со звоном раскрылся в золотую бабочку с хрустальными крыльями.

— Да. — Самодовольно улыбнулся демон, Сев на кровать рядом с Су Сянем и погладил того по волосам, на что мальчик презрительно скривился. — Не такой, как у твоих дружков. — Чжун Цзун провел длинным пальцем с черным, острым ногтем по спирали, между крыльями. Спираль с треском крутилась, проходя ряды мелких зазубрин по краям. — И он намного точнее и удобней.

— Правда?! — Улыбнулся Цин Лун, прощупывая золотую бабочку.

Мальчик с ревностью переводил взгляд с одного на другого, хмуря тонкие брови.

— Учитель, когда мы отбудем?! — Вопрос Су Сяня заставил юношу вернуться в реальность. Убрав крылья в брюшко, он спрятал артефакт и тяжело поднялся, опираясь на кровать. Подросток тут же подскочил, помогая учителю.

— До захода солнца, раз уж так беспокоишься обо мне. — Тихо посмеялся Цин Лун, опираясь на мальчика.

Он по-прежнему чувствовал слабость. Ребенок придерживал руку своего наставника и с ненавистью смотрел на демона.

— Да, кстати, малыш! — демон указал веером на большую, резную коробку из красного дерева. — Это твое. Письменные принадлежности, тушь высшего качества и тушечница из черного нефрита. А так же образцы самой разнообразной каллиграфии. Её оставили очень знаменитые люди. Правда, это просто договора, в смысл которых не стоит вникать. Но они так прекрасны, что даже спустя столетия я не посмел их выбросить.

Су Сянь удивленно приподнял брови, посмотрев на демона. Тот ласково смотрел на ребенка и горько улыбнулся, прикусив нижнюю губу.

— Но что заставило так поторопиться? — Цин Лун почувствовал неладное, заметив, как потемнело лицо демона. Его глаза были опухшими, а кожа беднее обычного.

— Не могу видеть тебя в этом кошмаре. — Выдохнул Чжун Цзун и отвернулся, намереваясь уйти. — Прощай.

Мертвое сердце заполнила грусть. Глаза демона заволокла пелена, а руки мелко дрожали.