Деревянный меч. Поиск пути

И внезапно страх покинул Кенета. Ярость массаоны сулила ему множество неприятностей, но он видывал вспышки гнева и пострашнее. Молчаливое, с томным блеском в глазах бешенство Аканэ было ему слишком памятно.

– Я не хотел бы называть его имени, – возразил Кенет. На него невесть откуда снизошло спокойствие до того ледяное, что он ощутил холод промеж лопаток, поежился и едва не чихнул.

Воины затаили дыхание. На лице массаоны вновь проступил пот.

– Моя вина – мой ответ, – упрямо произнес Кенет. – А имя моего учителя позорить попусту не стоит.

Его вины здесь нет. Он не всему успел научить меня. Нам пришлось закончить обучение раньше, чем он полагал... и опять-таки его вины в этом нет, – неуклюже повторил Кенет.

Его упрямство подействовало на гнев массаоны как масло на бурные волны: хоть ненадолго, но смирило. Вздумай Кенет оправдываться, и от него бы мокрого места не осталось. А строптивость новичка массаоне неожиданно понравилась: вины своей парень не отрицает, хотя не так уж и виноват; добрым именем учителя дорожит.

..

Начальник караула неожиданно кашлянул и выступил вперед.

– Воин правду говорит, – негромко сказал он. – Меч у него еще ученический, деревянный. Настоящего, видно, не успел заслужить.

– Великолепно, – выдохнул сквозь зубы господин массаона. – Интересно, кто же это дает воинское посвящение ученику, который еще меча настоящего не заслужил?

Кенет молчал.

– Подойди сюда, – велел массаона. – Пояс покажи.

Кенет подошел, недоумевая, зачем массаоне понадобилось его пояс разглядывать.

Пояс как пояс, и завязан правильно, по-уставному. Ему и невдомек было, что массаона хочет найти на его поясе то, чего там в помине нет.

– Ты зачем на дорожных работах хайю и пояс снял? – металлическим голосом поинтересовался Рокай, берясь за концы Кенетова пояса.

– Чтобы не запачкались, – объяснил Кенет. – Там ведь грязно, пыльно... а пояс и хайю ведь знаки воинского достоинства. Нехорошо их в грязи валять.

В строю раздались сдавленные смешки: ну как есть новичок! У массаоны от такого объяснения аж скулы свело.

Стоявшие с ним рядом командиры тщетно пытались скрыть улыбки. Рокай эти улыбки углядел и вновь начал свирепеть. Но тут он взглянул на концы пояса новичка – и обомлел.

Лицо у массаоны Рокая сделалось такое, словно он с размаху налетел на стену. Казалось, у него даже нос сплющился от немыслимого напряжения.

Потому что на концах пояса всегда стоят именные знаки воина и его учителя. Того, кто давал воинское посвящение.