Деревянный меч. Поиск пути

Рокай изо всех сил старался не сорваться, не расплескать свой гнев на первого встречного, ибо сознавал: меньшим его гнев от этого не станет. Стоит кому-нибудь попасться ему ненароком под горячую руку, и массаона не сможет себя сдержать. Он был готов молиться о том, чтобы до окончания трибунала ему не пришлось улаживать никаких дел. Но его безмолвная молитва не была услышана.

Увидев ладного подтянутого новичка, массаона сперва только стиснул зубы. Так, все в порядке, все по уставу: меч, темно-синий хайю, узкий черный пояс; волосы собраны сзади, как носят на западе, но это вполне допустимо.

..

И тут глаза массаоны, уже готового проворчать: "Свободен", – сузились. Он узнал новичка. Он видел его в толпе совсем недавно.

– Ты был на Каэнской дороге третьего дня? – спросил он на тот случай, если все же ошибся. Но массаона знал, что ошибки быть не может. Как и всякого опытного воина, зрительная память его не подводила.

– Да, – ответил новичок, явно недоумевая.

– Ступай во двор, – тихим бесцветным голосом произнес массаона, – сдай меч начальнику караула и жди.

Трибунал начнется через полчаса.

Массаона был уверен, что новичок начнет возражать или спрашивать, в чем он провинился, едва успев прибыть в Каэн. Но новичок молча отдал ему поклон и вышел, так и не сказав ни слова.

Глава 11, часть 2.

Даже если бы Аканэ и не объяснил Кенету, как следует рядовому воину разговаривать с массаоной, у Кенета хватило бы ума не вступать в пререкания с человеком, когда он не в духе – да так не в духе, что об этом даже стражнику у городских ворот известно.

Он не мог себе представить, что же такого он натворил, и от неожиданности даже не пытался гадать, в чем же состояла его вина. У него противно тягуче заныло под ложечкой – впрочем, не так чтобы слишком. Раз он не знает за собой никакой вины, проступок его может быть только случайным, а значит, не очень серьезным. А даже если и нет никакого проступка... что ж, благодаря мачехе Кенет уже знает, что такое быть без вины виноватым.

Посреди большого мощеного двора стояло неуклюжее квадратное возвышение.

Возле возвышения маялись на солнцепеке пятеро воинов. Кенет сообразил, что это и есть караул, и не ошибся.

– Давно в городе? – спросил начальник караула, принимая из его рук меч. – Что-то он у тебя легкий.

– Деревянный, – пояснил Кенет. – А в город я только войти успел.

Начальник караула на деревянный меч взглянул с интересом, а на Кенета – с сочувствием.

– Угораздило же тебя явиться в Каэн именно сегодня, – вздохнул он.