Деревянный меч. Поиск пути

Кенета смущала благодарность, даже им и заслуженная, но иметь дело с лестью ему еще не приходилось, и он не только не мог противостоять ей, но не умел даже распознавать ее.

– А собственно, что мы стоим? – мягким, чуть удивленным голосом произнес маг в сверкающих одеждах. – Давайте присядем.

Он грациозно опустился на громадную сломанную трамбовку, и Кенет невольно последовал его примеру. Он был очарован – не в волшебном смысле этого слова, а в самом бытовом, житейском. Незнакомец не только был похож на мага с лубочной картинки его детства, но и вел себя так, как полагалось бы тому, лубочному магу – важно, несуетливо, степенно.

Когда Кенету только-только сровнялось пять лет, в детских играх он неизменно бывал волшебником и неизменно старался вести себя в этой роли с подобной неторопливой величавостью. Об этих играх он напрочь забыл и ни за что бы не поверил, что манеры незнакомца пробудили где-то в глубинах его сознания память о ярко раскрашенной картинке и его детских попытках важно шествовать по двору, завернувшись в старую нижнюю рубаху отца.

Глава 10, часть 2.

– Право же, юноша, вы меня удивляете, – с легкой грустью в голосе произнес маг. – На что вы растрачиваете годы вашей жизни?

– Вы о чем? – не понял Кенет.

– Вот об этом, – и маг широким плавным движением левой руки обвел дорогу, слаженно ухающих трамбовщиков, покрытые потом и пылью спины каменотесов, вязкую глину и усталые ноги месящих ее людей. – Чем вы здесь занимаетесь?

– Исполнением устава, – отрезал Кенет. – Прошу простить меня, но я тороплюсь.

Он порывисто встал и зашагал к оставленной им кирке. Непонятно почему, но он чувствовал себя задетым. Он двигался широким машистым шагом, надеясь, что маг не последует за ним, а если и последует, так отстанет. К его вящей досаде, маг не отставал от него ни на шаг. Кенет закусил губу, но решил не обращать внимания на настырного волшебника, взял кирку и принялся сосредоточенно дробить камень, то и дело промахиваясь. Легко принять решение, но вот исполнить... очень трудно потному полуголому юнцу сосредоточиться по-настоящему на тяжелой и малопочтенной работе, когда рядом стоит благоуханный сверкающий маг и, склонив голову, с мягкой иронией во взоре наблюдает, как кирка раз за разом ударяет о камень.

– Устав, юноша – это, конечно, хорошо, – с улыбкой произнес маг таким тоном, будто разговор ни на миг не прерывался. – Но придуман он был, чтобы обуздать нечестивые порывания к власти. Обычное искушение почти для всех начинающих магов.