Искаженный мир

Эта мясная гора нависла надо мной.

Как же его бесит, что кто-то дерзит ему. Видать, его личные комплексы от того, что им помыкают и унижают, так сильны, что любая дерзость вызывает в нем дикую реакцию.

- Ха-а-а-а-а! Ха-а-а-а-а! – громко дышит он. Его руки трясутся от желания разорвать меня, но он сдерживается. – Надевай сам!

Он кинул мне цепи.

Черт, придется подчиниться.

Мне не хотелось этого делать, но уж лучше я сам надену кандалы на их руки, чем их коснется этот урод. С трудом, но я все же сумел вытащить детей и все сделать.

- Все хорошо. Я буду с вами, - обнадежил я ребят. Затем встаю и смотрю на бугая. – Веди.

Дети пристроились за моей спиной и крепко ухватились за меня.

Нас троих вывели из камеры.

В коридоре света оказалось больше, чем было у нас, а потому мне потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть. Когда зрение более-менее нормализовалось, я увидел, что в этом длинном коридоре нахожусь не один.

Тут оказалось еще человек десять, не только дети, но и две женщины, и четверо взрослых мужчин, а остальные такие же малыши, как те, что со мной. Люди выглядели удивленными и напуганными, многие дрожали и не хотели никуда идти, но цепи держали всех нас крепко. Дети прижимались к взрослым, плакали, дрожали, а взрослые молились кому-то и хотя бы пытались держаться, но получалось плохо. Я же от них мало чем отличался и был на такой же грани ужаса.

Вскоре нас всех повели по плохо освещенному коридору. Цепи звенели с каждым шагом и сливались в единую какофонию резких звуков.

- Куда они ведут нас?

- Что теперь? Им мало нас пытать?

- Святой Дженова помилуй душу мою! Святой Дженова помилуй душу мою!

- Мама! Мама! Мама!

- Спящие проснитесь и спасите нас! Спящие проснитесь и спасите нас! Спящие проснитесь и спасите нас! Спящие проснитесь и спасите нас!

- Они хотят избавиться от нас! В печь нас бросить, чтобы избавиться от всех сразу! И-и-и-и!

Вот так мы и шли, проходя мимо закрытых дверей в камеры других заключенных, которых еще не вывели, но что-то подсказывает мне, что и их очередь скоро придет.

Коридоры были довольно узкими, извилистыми, но вскоре мы добрались до довольно большого и широкого прохода, который повел нас к большой двери. Мысль о печи сама залезла мне в голову, но я все же заставил себя идти. Лью и Саша шли с закрытыми глазами и боялись даже пискнуть.