Сердце Аларонира

— Девушка отвернулась от приказчиков и подтолкнула свою монетку к Ёрге. — Мне как обычно сбитень.

— Да этот мальчишка просто ничего не может и не умеет. Да он себе цену набивает! И из-за него мы столько прождали!.. — начал голосить первый приказчик и не замолкал, пока Роса вновь не развернулась к ним и, щелкнув пальцами, не заставила на секунду задохнуться, вытянув из лёгких почти весь воздух.

— Я могу многое, не только замкнуть браслеты и ошейник подчинения. Но я это делать не хочу и не буду. Если всё ещё сомневаетесь в моём мастерстве, могу продемонстрировать его прямо на вас двоих.

Приказчики безошибочно распознали угрозу, видно биты уже были, и поспешили убраться подальше от нахального юнца. А то мало ли что взбредёт ему в голову, поди потом докажи что, да ещё и с тебя же спросят. Ставшие свидетелями случившегося проводили их молчанием и взглядами, в которых было больше осуждения, чем сочувствия.

— Ух, даже дышать легче без них, — чуть расслабился Ёрге и передал распоряжение на кухню. — Они с этими браслетами своими уже почти от всех от ворот поворот получили. Что хоть это такое?

— Гадкая вещь, лишают человека воли, своих мыслей и желаний, превращает его в раба, — Роса поморщилась. — Запрещено Гильдией, но любой достаточно сильный чародей правдами и неправдами его находит. Но всё равно не используют, даже не из страха перед Гильдией, просто когда узнаёшь его полностью, становится мерзко.

— Может тогда шепнуть про них кому следует? Тайна тайной, но у нас и свои принципы имеются.

— Не стоит пачкаться. Даже если найдут того, кто им это сделает, применить не смогут, — она тряхнула головой, отгоняя непрошенные и лишние мысли и, сменив тон, поинтересовалась: — Другая работа есть?

— Есть, и много. А вон за тем столиком тебя уже четвёртый вечер ждут, и у них дело, прям как просил, — трактирщик получил с кухни напиток и передал кружку чародейке.

— Это хорошо. Я сегодня задержусь, насколько смогу.

Девушка кивнула скорей себе, чем Ёрге, и направилась к троице мрачных юношей, сидящих над кружками пива и вяло обменивающимися короткими репликами. Неяркий огонёк светильника позволял немного рассмотреть их лица, заметить растерянность одного, спокойствие второго и мрачную решимость третьего.