Самый сильный в мире мечник

Разбежавшись, человек в чёрном платке рыбкой нырнул в окно, со звоном разбрасывая осколки стекла по улице.

— Ты в порядке? – Мак наклонился к Анне, взял её за подбородок и осторожно повернул лицом к себе. – У тебя будет большой фингал, надо приложить что—то холодное. 

— Всё нормально! – Анна отбила руку Мака, встала и, подойдя к барной стойке, взяла первую попавшуюся бутылку. – Нормально… Какая вообще разница? Думаешь я никогда не получала по лицу? Ха!

Отрыв бутылку, она надолго присосалась к ней. Закончив, Анна скорчила лицо и с размаху кинула сосуд на пол.

Бутылка разлетелась вдребезги, разбрызгивая остатки содержимого.

Из подсобки вышел тот самый бармен, который сдал Анну с потрохами прошедшим днём. 

— За это придётся заплатить, — бармен упёрся плечом в дверной косяк и показал пальцем на разбитую бутылку.

— Да пошёл ты, понял, козёл! – Анна показала средний палец и направилась к выходу – Пошли вообще все в жопу!

Подойдя к двери, Анна, забывшись, с размаху пнула её, в попытке отрыть.

Раздался глухой стук, дверь не поддалась. Повисла неловкая пауза. Анна стояла у двери, корча лицо от боли, но не издавала ни звука и не поворачивалась. 

— За уборку тоже, — бармен кивнул на лежащего в луже крови Сашку.

— Откройте уже эту чёртову дверь! – крикнула Анна 

— Мы заплатим, не беспокойтесь, — уверенно ответил Мак, подошёл к выходу и отпер дверь.

Анна вышла на улицу, села на порог и опустила голову. По её носу побежали тоненькие ручейки слёз, образуя на кончике большие, периодически срывающиеся вниз, капли.

Мак подошёл и сел рядом.

— Я сказал, что у нас есть деньги, и мы за всё заплатим. Хозяин разрешил нам остаться на ночь, — говорил Мак, глядя в одну точку, прямо перед собой. 

— Знаешь, я всегда знала… — Анна шмыгала носом. – Знала, что они не собираются отпускать ни меня, ни моих родных так просто. Они доили бы меня до последнего, а потом просто избавились бы от меня. Убили бы… Мне страшно, Мак. Страшно не за себя, страшно за свою семью… Поэтому я и…

— Тебе нужно отдохнуть, — Мак слегка повернул голову в сторону Анны.

– И принять ванну. Ты пахнешь и выглядишь так, будто бы просидела месяц в яме покаяния.

— В яме покаяния? – Анна шмыгнула носом в последний раз и вытерла слёзы рукавом. – Что это?

— Когда кто—либо из послушников совершает грех, наставники определяют его тяжесть и сажают провинившегося в глубокую глиняную яму на определённый срок. Чем тяжелее грех, тем дольше покаяние.