Феникс. Пламя возрождения

– Иногда мёртвые могут много поведать, даже если не прибегать к запретным искусствам, – заметил Вэнь Жень, подразумевая, что необязательно вызывать дух покойного для допроса.– Я вскрыл тела тех, кто на тебя напал. Вырастить такую девочку довольно сложно. У ребенка сильно изменены мышцы и связки. Её тренировали едва ли не с рождения. Однако при проверке талисманами оказалось, что внутренние энергетические каналы развиты весьма слабо. Их просто не тренировали, больше развивая физическое тело, хотя потенциал у неё был хороший.

Скорость реакции усилена алхимическими составами, иначе бы она не сумела тебя поразить. При этом она оставалась человеком, и в ней сложно было распознать выращенного убийцу. Моя лаборатория не позволяет установить большую часть произведенных над ней изменений. Очень уж сложный и непонятный способ... Хотя по-своему эффективный. Мужчина не заслуживает такого пристального интереса. Я указал в отчете все детали.

– Я заберу его с собой и посмотрю позже, – заверил начальник Су Лян и снова обратился к подчиненному: – У Син, скажи, почему ты не сообщил о наличии у тебя духовного питомца и не подал бумаги на его регистрацию? И как ты, будучи без сознания, предоставил ему доступ на подземные этажи резиденции ордена, минуя защиту?

Кот, сидящий рядом, мурлыкнул.

Глава 11. Выполняя обещание

Паланкин мерно покачивался под размеренные шаги носильщиков.

Звуки и запахи, доносившиеся из-за плотно закрытой завесы, словно осязаемые плыли и наполняли все вокруг, не желая складываться в законченную картину.

Или, быть может, это совсем поплыло, пытаясь ускользнуть, сознание У Сина?

Объяснить, почему прямо сейчас, в таком тяжелом состоянии ему срочно понадобилось вернуться домой, внятно не получилось. Да, безусловно, дело касается его безопасности… Дело жизни и смерти... Да, он осознает последствия… Да-да, он всё уладит и тут же вернётся в многоопытные руки мудрого Вэнь Женя.

***

«Этот недостойный У Син со всем почтением просит безупречную Си Лян посетить его, дабы испить жасминового чая с османтусом и семенами лотоса».

– Что за нелепость! – громыхнул брат Су Лян пустой чашей о стол.

Когда У Син попросил братьев по ордену написать записку и срочно передать Огненному Цветку, Су Лян вспылил и ушёл, велев готовить «этого потерявшего последний разум» к поездке. . Разумеется, он не мог отпустить его без сопровождающих и выделил помимо носильщиков пару младших братьев, чтобы в случае чего отбиться от убийц.

Вот что монах ценил в братьях.