Феникс. Пламя возрождения

Тварь на мгновение стала прозрачной и снова обрела плоть. Холодные глаза с вертикальными зрачками обожгли смертельной опасностью.

Огненное Облако было почти готово. У Син четко представлял, как, уплотняясь, оно устремляется к стоящему напротив противнику. Повинуясь его мысли, техника сорвалась и поплыла в ту сторону.

— Сдавайся, — сдавленно повторил монах, когда девушка со смутной улыбкой на устах шагнула вперед, закрывая собой мужчину.

С ее ладоней сорвался и полетел в сторону У Сина полупрозрачный синий лотос.

Вокруг разливалась смертоносная аура.

Журчала вода. Аромат опьянял.

— Нет! Сестра! — раненый в самое сердце кричал Му Ган.

Он развернулся к монаху. Клинок Воздуха, обжигая опасностью, врезался в огненный щит У Сина, чтобы прервать заклинание Огненного Облака. У Син не мог остановить смерть, готовую сорваться с рук. Незавершенная огненная техника сорвалась, сметая остатки огненных щитов и расцветая огненным взрывом. Аура вспыхнула на мгновение. Монаха отбросила в сторону.

Он ударился о стену, выбивая из легких остатки воздуха.

Сознание ускользнуло во мглу.

***

Послышались голоса, отвлекая от узоров во тьме. Раскаленным свинцом обожгло горло в очередном судорожном вздохе.

— Пей, — раздался голос, и обжигающе холодное зелье устремилось внутрь, принося прохладу. В голове прояснилось.

У Син лежал на каменном полу рядом со стеной, с которую недавно врезался. Рядом с ним на корточки присел практик Воды. Он снял шляпу с вуалью, показав лицо со строгими, грубоватыми и резкими чертами.

Незнакомец был молод. Металлический обруч с сине-зеленым камнем охватывал его голову. Глубокие темно-синие глаза, как два омута, скрывали истинные мысли и намерения.

— Мо Лунь! — сказал он, не оборачиваясь к наемнику, стоявшему за ним. — Все посторонние удалились. Вы готовы выслушать меня?

— Простите, молодой господин, я сразу не признал вас. Мне нет прощения, — склонился перед ним глава наемников.

Так это молодой господин Го, владелец поместья?

— Убийца! — прохрипел Му Ган, бессильно лежавший неподалеку.

— Ты убил мою сестру и ее еще не рожденного ребенка ради своих темных экспериментов!

С трудом повернувшись в сторону, монах увидел молодого офицера, все тело которого было неестественно изогнуто. Он мог только говорить. В результате столкновения двух техник его тоже отбросило и парализовало. У Сину повезло больше: он мог двигаться.

Девушки, раньше лежавшие на полу без сознания, сейчас отсутствовали.