Валор 6

Стоило нам повернуться к лесу спиной, как оно с победным ревом бросилось на отступающих, и, не окажись у него на пути дерева, которое я едва успел скрыть оком урагана, уже пировало бы последними рядами. Хребет монстра светился, пластины терлись друг о друга, собирая электрический ток, и оно с секунды на секунду собиралось обрушить на нас всю свою мощь.

– Черный дым! – крикнул я, уже спустя секунду поняв, что некому выполнить мою команду. Все мои соратники далеко, а эти понятия не имеют, что делать. Я сорвал с пояса бамбуковый, запаянный воском цилиндр с черной окаемкой, и, запалив, кинул под ноги твари.

Взрыв заставил существо прикрыть морду лапой, и жирные клубы застлали ему взор.

Новый рев – и из мгновенно образовавшегося облака вырвался тугой поток искрящейся жидкости. Защитник рефлекторно подставил щит, и струя брызгами разлетелась в стороны, а в следующее мгновение улыбающегося орка, посчитавшего, что все хорошо, ударило током, и он упал в конвульсиях. Ни броня, ни щит не спасали от жуткого природного оружия.

– Отступать! – приказал я, бросаясь вперед, и, проскочив под струей, схватил орка за шиворот. Тот не сопротивлялся, лежал кулем с корнеплодами и позволил себя оттащить подальше. Монстр вырвался из облака. Всю его бронированную морду покрывала черная сажа, но прозрачные ложные веки спасли глаза. И теперь разозленное чудище рвалось отомстить обидчикам. Но еще две дымовых гранаты позволили нам скрыться в тумане.

Позади раздавался недовольный голос монстра, упустившего добычу и не сумевшего сохранить самое дорогое – собственное потомство.

Но и нам приходилось даже не отступать – драпать, чтобы не оказаться в обеденном меню шестилапа. Отбежав достаточно, чтобы дальнейшее преследование угрожало оставшимся детенышам, только начавшим самостоятельно охотиться, я первым делом проверил раненого.

– Медика сюда. Он не дышит! – крикнул я, положив пальцы орку на шею. – Есть медик?

– Я! – отозвался мужчина лет тридцати пяти, со множеством шрамов на лице.

Подбежав, он сорвал с защитника броню, под которой стали видны алые дорожки ожогов. – Его сердце остановилось, господин. Скорее всего, его уже не спасти.

– Какой ты, к черту, медик? Делай искусственное дыхание, а я попробую запустить сердце.

Не слушая возражений, я скрестил руки и начал ритмично давить пострадавшему на грудь. Раз, два, три. Вдох! Раз, два, три! Живи, зараза! Первая совместная операция. Да я даже имени твоего дебильного не знаю.