Чудеса мира живых

Всё-таки я был прав, когда настаивал на глубоком изучении эльфийских трактатов: ушастые недомерки были и остаются непревзойдёнными мастерами комбинировать Знак и Жест.  

- Пожалуй. Тем более, что после моего возвращения ты и начал настаивать на этом самом изучении. Ну да ладно, сейчас неважно. Я и сам тут кое-что почитал, и нашёл неожиданный отнорок в этих тоннелях; причём сами эльфы его почему-то не используют. А в совокупности с искусством Школ это может дать весьма любопытные, и даже необычные результаты.

Обер-лейбмистик с заинтересованным видом подошёл поближе к зеркалу и уселся прямо на стол. 

- Эрни, давай подробности. 

- Да говорить-то пока что особо и не о чем. Так, кое-какие наработки. Не знаю, насколько это эффектно, но, как по мне, вполне эффективно. Правда, эта работа, как мне кажется, может вызвать двоякие толки среди широкой публики, знаешь, все эти нравственные аспекты, и прочая ерунда. Но когда народ распробует моё новое блюдо – о, мне кажется, это будет великолепно.

Глава пятая.

«Я о непонятном много знаю; если говорить об этом внятно, мне понятно – я не понимаю, что из непонятного понятно».

     Афоризм.

   Год 871 С.К., месяц апрель, 21- е, город Эсторк, Столица столиц.  

Невысокого роста человек в жёлтом капюшоне, из-под которого торчали почти такие же жёлтые спутанные лохмы, вошёл в магазин Лодёра и замер у одной из витрин. Вышколенный приказчик, сходу оценив недешёвую одёжку, подскочил, в полупоклоне застыл, ожидая вопроса. 

 - Милейший! – голос из-под капюшона было едва слышно. – А ну-ка, подай мне пера Огненного феникса гран с десяток, пять унций Алмазной пыли, и, пожалуй, две унции Вихря.

- Будет сделано, господин. 

Приказчик метнулся за занавеси, звать хозяина: заказ тянул, может, не на десяток фунтов[1], но около того. Алмазную пыль унциями обычно не берут. 

Хозяин мелькнул через зал – дорогому гостю лично в руки! Небольшой такой свёрток, с печатью синего и красного сургуча, а уж цены… немалой цены. В нескольких смыслах.