Чудеса мира живых

Чистая победа, без вопросов – одно только и омрачало радость от неё доблестному капитану и его егерям: не было взято ни одного пленного, а без пленных как-то и возвращаться было неловко – как же традиции, ведь выкуп-то за кого-то брать надо!…Наплевать, впрочем, на выкуп, да и кто б стал его платить, на самом деле – а вот сведений о бандитских вожаках подсобрать бы не мешало, на радость Тайной страже и Братству. 

Оставалась надежда на тех, кто пошел вдогон – может, им повезёт? Хотя капо-капитан Отдельной сводной панцирно-егерской бригады Юрген де Круанс в везение и не верил, чего уж там.

***

Вот уже добрых полчаса Амви преследовал этого занудливого вольного. Мало того, что тот был ранен, мало того, что лошадка под ним была какая-то серая и невзрачная – так ещё он вез через седло чье-то тело. Собственно, потому Амви за ним и погнался: во-первых, явно же он должен быть медленнее, а во-вторых  –   простого бойца вряд ли так упорно спасали бы.  Этого парня вначале прикрывало двое, но под одним убили лошадь, а всадник не успел вскочить, как по нему прошелся рассыпной конный строй, невзначай отмахнувший ему башку; второго же угостили болтом с запредельных для прицельного выстрела трехсот шагов – разумеется, абсолютно случайно, но – эффективно.

Тут пахло выигрышным ходом… Лычками. Золотом. Это если догнать. Ага. Вначале даже почти получилось. На выходе из боя Амви рывком сократил было дистанцию, но потом дорога пошла по холмам – и галопом идти уже не получалось, а на рысях эта серая скотинка под разбойником помаленьку уходила от его, Амви, порубежного конька – и это с грузом! С двойным! После боя! Да виданное ли дело? 

До опушки леса оставалось всего ничего, и егерь решил рискнуть: повернул коня и погнал прямо через холм: должно было сработать.

Сработало. Когда Амви уже залёг над дорогой, изготовив к выстрелу арбалет, из-за поворота показались преследуемые. Егерь прицелился: дистанция была шагов семьдесят, промазать было, конечно, совсем несложно…Но так и стрелял, чего уж там, не пентюх-первогодок; да и даже не вояка из какой-нибудь Стрелковой роты.

Всадник опрокинулся в седле. Егерь удивленно глянул на арбалет – болт на месте. 

Лошадь разбойника вдруг резко остановилась, окостенело повалилась на бок и замерла – как деревянная. Ах, вот оно – в глазнице лошадиной головы трепетала стрела с белым оперением.