Истребитель магов

Разум настойчиво намекнул, что оно - не более чем случайность, и Теневой решил ему поверить.

            Он промолчал, а когда вновь посмотрел на нищего, тот спал, отвернувшись к стене.

                                               ***

- И куда вы, почтенные, держите путь? - с серьезностью, разбавленной толикой осознания собственной значимости, поинтересовался дюжий воин, восседавший на могучем жеребце, что косил на путешественников с затаенной яростью.

- В замок Жахх, к родовитому Торгриму, - ответил Берг.

            Они столкнулись с дозором из десятка всадников на пустынной дороге, когда до замка Жахх, по всем расчетам, оставалось не более десяти верст. Лес тут подходил к самому тракту, по обе стороны от него сверкали алой листвой клены, размахивая последними листьями, словно окровавленными ладонями, за ними темнела темно-зеленая стена елей.

- Вот как? - воин был явно удивлен, но быстро преодолел замешательство. – А вы уверены, что он вас ждет?

            Берг хмыкнул и, подняв руки, изобразил какой-то хитрый жест. Лицо десятника удивленно вытянулось, а голос стал более дружелюбным:

- Тогда мы проводим вас до замка.

            Повинуясь короткой команде, дозорные окружили путешественников.

            Воины родовитого Торгрима фон Жахх были в легких кольчугах, и блики гуляли на наконечниках недлинных копий.

            Харальд успел понять, что перед настоящей угрозой рыжебородый мечник делается весел и спокоен, а когда он выглядит как филин, поймавший за ночь только полудохлую от голода мышь, то все в порядке.

            Замок вывернул из-за поворота весь сразу, целиком.

            Гордо возносились к бирюзовому небу башни из красного камня, построенные совсем недавно, и реяло над ними знамя с родовым гербом - черной орлиной головой на белом поле. Не было над Торгримом фон Жаххом Владетеля, и для многих десятков родовитых являлся он сюзереном.