Мир Мельхиора 1 - Ужасающий рай.

Вместо раскатистого баса, каким обладал низкорослый бородач, на площади раздался двоящийся скрипучий звук, вообще слабо подходивший разумному существу.

И в этот момент грудь дворфа рассек практически пополам огромный фламберг с черным лезвием. Две части рыжебородого начали покрываться фиолетовой слизью, в остатках которой развалились две половинки уродливой твари с тонкими конечностями, непропорционально большой головой и огромными черными глазами.

Рост уже мертвого существа продолжал после гибели вытягиваться, а мускулистые волосатые руки приобрели вид длинных тонких палок с длинными когтями-лезвиями.

За спиной бывшего дворфа с мечем в темно-лиловой слизи стоял а мрачная фигура его убийца. Танатос, не меняясь в лице, медленно наклонился и вытер черный клинок об одежду своего… наставника?

- Кажется, я теперь магистр? – Тан иронично ухмыльнулся и с широким размахом спрятал оружие за спину.

23.

- Как это понимать, ученик? – спросила Ирис у рыцаря смерти, ошарашенными глазами рассматривая то, что осталось от дворфа.

- Пожалуй, назову это место доменом Смерти. В честь того, чем кончает любой слабак.

- Ты охренел? – опешила Ирис настолько, что перешла на мат. Голос её, впрочем, оставался абсолютно спокойным. Ледяным. Но никого это деланное спокойствие не обмануло. Оно было подобно до предела натянутой струне, что готова была лопнуть от малейшего дуновения ветра.

- Всего лишь убил засланца от пустотников, Ирис. Да прибудет с Мортис душа настоящего Махи.

- Ты должен был… - начала было магистр Призраков, но слова давались ей с трудом. Произошедшее явно не было рядовым явлением.

- Кстати, я тут подумал, магистресса, а с чего это доппельгангер, порождение пустоты, назвал вас… - решил вмешаться Феникс. – Кажется, своей мамой?

Рядом зябко поежился Лесат, а его рыжеволосая подружка едва сдерживала улыбку.

Хоть кто-то понимает, какого черта сейчас произошло.

Первым свалился кто-то из незнакомых мне новичков. Затем упали еще двое с самым низким уровнем, как подкошенные.

Само пространство вокруг нас начинало тяжелеть.

Следом пропала резкость в глазах, и что-то потянуло вниз меня. Я сжал зубы и попытался открыть инвентарь, чтобы достать свой посох. Плюс три к воле – это серьезный аргумент против любых воздействий на разум.

Но все вдруг резко закончилось, само собой. Судя по всему, это была лишь демонстрация силы.