Дракон Каррау. Каррау II

Я оттолкнул ее. Так сильно, что Рин, шагнув назад, неустойчиво качнулась на каблуках и врезалась бедром в столешницу. Книги, грохоча, упали одна за другой. 

Пытаясь устоять, Адриана до белизны сжала пальцы на крае стола.

– Ты эту историю себе рассказываешь? – Шагнул я к секретарю. В висках, заглушая собственный голос, пульсировал гнев. – Про голодного профессора, который спрятал голову в трудоголизм? 

Теперь впритык подошел я. Адриана съежилась. 

Тень на полу извивалась, пытаясь нырнуть под стопу – чтобы я, потеряв контроль, рухнул в ждущую рядом бездну.

Палец за пальцем, я разжал кулаки. Положил горячую ладонь на мягкий изгиб бедра Рин – там, где она ударилась. Где пульсировал огнем наливающийся кровью синяк. Успокаивая сначала боль, затем – опухоль. 

Нужно было извиниться, но не получалось.

Поэтому я просто смотрел девушке в лицо. 

Зеленые глаза Адрианы блестели. Тело под пальцами била мелкая нервная дрожь. "Пожалуйста, не плачь", попросил я мысленно.

– За-зачем я вам? – Адриана закусила губу. – Зачем всё это? Ваши дурацкие книги... Я ничего в них не понимаю! Это всё ненужное. Никому ненужное.

– Понимать – недостаточно. – Горечь во рту. – Я бы хотел...

Хотел объяснить. Показать не один фокус, а тысячу. Научить тысяче фокусов, потому что ты мне подходишь. Я чувствую, что подходишь. Не так, как та Единственная женщина, но лучше чем любая другая.

Адриана вывернулась и, всхлипывая, побежала к двери. Сообразила, что на улице холодно. Рванула к шкафу с верхней одеждой. 

– Стой! – Я прыгнул, пытаясь опередить. – Рин, стой!

Но девушка уже распахнула дверцу. Из шкафа выпала сначала коробка, которой я прижал руку Лиз, затем – рука, а затем и сама Лиз.

Адриана отскочила от трупа – и завизжала.

Глава 3.2

Я прыгнул к девушке и, поймав сзади за талию, зажал ей ладонью рот.

– Рин, я объясню. – Она все еще орала мне в руку, уставившись на упавшую к ногам Лиз.

Адриана вдруг развернулась бедрами – и вогнала локоть мне в ребра. Я задохнулся от неожиданной боли, руки разжались – а Рин отскочила. Второго удара я не увидел – лишь тень, летящую в лицо. Мелькнули верхние полки шкафа и потолок, затылок треснулся обо что-то – и мир вспыхнул сначала черным, а затем алым. 

Прошла секунда, прежде чем я осознал, что лежу на полу. У лица пошатывались каблуки-шпильки.