Дракон Каррау. Каррау II

Смежить веки, слушать. Стать камнем, раствориться в дорожном покрытии, вплавиться в структуру Каррау. Ведь этого мне не хватает, и этого не хватает городу, чтобы принять меня. Мы станем одним. Единым задремавшим гигантом, во сне чуть вздрагивающим от самозарождающейся и гаснущей внутренней жизни. 

Соскальзывая в неподвижность-единение, я позволил себе представить, как это – сплестись с городом в единое, словно гермафродит, существо. Когда полнота, и покой, и счастье и переполняют душу.

Земля тонко дрожала от приближающегося звука.

Двигатель. 

Прогибая асфальт тяжестью многотонного тела, по дороге мчался грузовик. Быстро, ведь сейчас ночь. 

Давид лежал на его пути.

И я тоже.

Встряхивая головой, я встал на четвереньки. Преодолевая скрип шеи, медленно-медленно поднял лицо. В ночной темноте ко мне неслись желтые голодные фары. Видеть – совсем не то, что знать: сердцебиение участилось, адреналин сначала прояснил зрение до мельчайших деталей, а затем сузил, сфокусировав на трубках света, похожих на руки.

Даже если я сломаю машину, инерция протянет ее по нам с Давидом. Тело моего друга лежало неподвижно в нескольких метрах. Его голову облепила трепещущая серыми крыльями, вызывающе ненастоящая бабочка. 

Не отворачиваясь, спиной вперед, я пополз прочь от трассы – к тротуару. Медленно, тяжело, долго. Казалось, я вешу тонну. Не только из-за призывания земли: Тенью я толкал в противоположную сторону, к другому краю дороги парня в кожанке с зеленым черепом.

Тело Давида медленно, сопротивляясь, ехало по асфальту. Рука зацепилась. Больше не сдвигалось. Я усилил напор. И толкал, толкал, толкал... до тонкого уязвимо-нежного хруста где-то в самой моей сердцевине. Как будто лопнула мышца, о существовании которой я не подозревал. Позвоночник пронзила боль – и облегчение. 

Сопротивление пропало, и Вселенная, в соответствии с магией Ньютона, отшвырнула меня назад, спиной на фонарный столб.

Грузовик прогрохотал в сантиметре от моей ноги, обдав бензиновой вонью и пылью. Водитель ничего не заметил. Тень, лужей растянувшаяся на трассе, судорожно дернулась, реагируя на контакт с покрышками.

Хватаясь за столб, я медленно поднялся. Долгий миг не решался глянуть в сторону Давида: успел ли я убрать его с дороги? Или увижу черную кровь на снегу, раздавленные кости? 

Давида не было.