Серый Кардинал

— Кто это? — Алевтина тоже его заметила. 

— Этот призрак? Посыльный Сенлуина — ответил Туи с досадой в голосе. 

— Посыльный? — изумилась Алевтина. 

— Здравствуй, Туи — начал призрак. 

— И тебе привет, Фихларас. Чего ты хотел? 

— Хотел сообщить, что Сенлуин ждёт тебя у аналитиков со второго этажа — прошипел призрак. 

— Хорошо. Мы сейчас будем. 

Фихралас недоверчиво осмотрел Туи с ног до головы и исчез в стене. 

— Что ж. Придётся отложить нашу экскурсию. Я понадобился Сенлуину — произнёс Туи.

*** 

За перегородкой, отделяющей зал совещаний от компьютерного, в котором суетились аналитики, стояли в ожидании семеро легионеров. 

Они не видели, что творилось по другую сторону перегородки, но отчётливо слышали выкрики на эльфийском и на загробном языках. Те, кто понимал слова, а таких в этой семерке было двое, не переводили их товарищам, ибо знали, что перевод их не утешит. В воздухе чувствовался неприятный запах серы и озона.

— Серой пахнет — произнёс Маркус. 

— И озоном — добавила Аданиэль. 

— Что ты хочешь этим сказать, Олоха? — спросил Ганс. 

— То, что Кербин ругается с Фихларасом. И дело дошло до магии — ответила Аданиэль. 

— Не следовало ему использовать призрака в личных целях — ответил Линдрон, заместитель Гуино. 

— Не следовало. Но таков уж наш Кербин. Как бы жизнь его не трепала. Он считает себя членом коллегии или… 

— Нет, Маркус. Хранителем он себя давно не считает.

— Все знают почему. — ответил за Маркуса  Гуино. — Ты на десять лет его старше. Ты… 

Он не успел договорить так как сквозь перегородку просочился Фихралас от которого исходила злоба. Он не исчез перед собравшимися, а проплыл мимо них. Туи движением руки заставил Алевтину уйти с пути призрака. 

Дверь открылась. Все обернулись. В дверях стоял Сенлуин, называемый иногда Кербином, собственной персоной.

— Где Кэнзи с Катариной? — спросил он. 

— Должны вот-вот прийти — ответил кто-то. 

— Я попросил аналитиков собрать кое-какие данные, которые мы обсудим чуть позже, когда придут члены семьи Авалон. А сейчас, прошу меня извинить. — продекламировал Сенлуин — Алевтина, пойдём. 

Никто из собравшихся никак не отреагировал на это заявление.