Встретимся в Силуране!

И обрушился бы, не случись нечто непонятное: пола мокрого плаща Ралиджа вскинулась, словно от сильного порыва ветра, и хлестнула Сайвасти по глазам. Рука убийцы дрогнула, а Хранитель от рывка обернулся, молниеносно все понял и соскользнул с лошади на землю. Удар меча пришелся по луке опустевшего седла, испуганная кобыла отбежала в сторону, а перед изменником-десятником встал Ралидж с клинком наготове.

 – Сайвасти! – изумленно и гневно воскликнул Хранитель. – Рехнулся ты, что ли?

Вместо ответа десятник рванулся в атаку.

Мощный и стремительный удар ушел в пустоту: Ралидж был одним из лучших фехтовальщиков Грайана. Он ускользнул от Сайвасти, как тень от солнечного луча. При этом пряжка плаща расстегнулась, бурая ткань соскользнула с плеч в ручей – словно нарочно, чтобы не сковывать движения хозяина.

Над ручьем, на валунах вспыхнул бой. Вжавшийся в мокрый ствол мальчишка от страха не мог шевельнуться. Он лишь глядел, как Ралидж вьется вокруг своего могучего противника. Насколько было видно Ильену, Хранитель по меньшей мере трижды задел врага, но обезумевший десятник, не обращая внимания на раны, кабаном кидался на Ралиджа.

Но вот Сайминга наискось упала на клинок предателя, срубила его, словно ветку. Ильен от напряжения дернулся, чуть не сорвавшись в пропасть.

Сайвасти негромко зарычал, отшвырнул бесполезный эфес с обломком клинка и подхватил из ручья гигантский валун. Жуткая глыба взмыла над головой десятника и рухнула на Хранителя... нет, это только показалось Ильену. Ралидж ухитрился вывернуться из-под темной громадины и, оказавшись лицом к лицу с противником, всадил меч ему в грудь.

Ильен вцепился зубами в рукав, зажмурил глаза. За годы, прожитые в разбойничьей шайке, мальчик не раз видел смерть, но не мог привыкнуть к ее виду, И наверное, никогда не сможет...

Внизу цокали по камням подковы. Хранитель уговаривал испуганную серую:

 – Да стой ты, дура с копытами... Во-от, молодчина! Что ж это с Сайвасти случилось? Хороший был десятник... Не знаешь? Вот и я не знаю. Надо прислать парней, пусть они его в крепость отнесут.

Хоть и гад был, а погребальный костер ему полагается. Люди мы с тобой, серая, или не люди?.. Да тпру, идиотка, дай плащ поднять... спасибо, Заплатка, спас ты меня.

Цоканье удалилось вверх по ручью. Ильен, обмирая от ужаса, полежал еще немного, затем тоскливо взглянул вниз, на неловко лежащую, словно скомканную фигуру с развороченной грудью. Судорожно вздохнул, перехватил поудобнее ветку, чтобы ползти дальше по стволу.