Совсем другая жизнь.

Я выдернуло то, что мне понравилось, маленький ободок с небольшой канавкой посредине и насечками, которые напоминали чаек. Надела на безымянный палец, сел как влитой. Подняла глаза на капрала и кивнула. Угг бросил на стойку несколько купюр и пошел за мной.

На площади народа почти не было. Бегали какие-то дети, гуляли парочки и мамаши с колясками. Группа подростков уставилась на мою задницу, но переведя взгляд на сопровождающего быстро свернули в сторону.

— Да, да, — Угг махнул мне рукой, — сядь вон там за столиком, я быстро.

Заняла место спиной к двери, чтобы капралу потом напротив было все видно. Не успела повертеть головой, так он и вправду быстро вернулся с двумя здоровыми кружками кофе и здоровущей тарелкой, на которой пыхали паром несколько треугольных кусков пирога.

— Это фирменный с рыбой и … ну там много всего, этот с ягодами, этот с капустой, а этот уже не помню.

Вцепилась в кружку и в тот, не помню с чем.

— С творогом.

— Нормально, но с рыбой попробуй.

— Угу.

Вскоре поняла, что больше не могу, но все-таки сцапала еще один кусок с ягодами.

— Чего мы ждем?

— Колокол.

— Не поняла.

— Он пойдет кофе выпить, а тут мы его и перехватим.

— А кого?

Тут с башни дворца ударил часовой колокол, и сразу появился какой-то народ, причем не с улицы, а из другой дверцы. Какие служивые спускались со второго этажа прямо в кофейню.

— Вон его, — крепенький высокий мужичек, с такими же как у капрала глазами, проходя с чашкой кофе возле нашего стола, увидел Угга, хмыкнул и сел возле меня. Потом забрал с тарелки последний пирог и отхлебнул кофе:

— Приходили.

— Ага, понял.

— Сказал, что если что, то как обычно…

— Ага, понял.

— Понял он, родители волнуются.

— Конечно…

— А потом пришли два каких-то мутных, документы от администрации, а повадки, как у громил. Тебя спрашивали. Батя с ружьем вышел.

— Это он зря. Эти пугать не будут, а сразу стрелять, — Угг скривился.