Совсем другая жизнь.

Я-то помню, на операциях у него там кобура, не на боку, а именно там на спине. Хоть с дисциплиной и формой одежды у нас строго, но как оружие носить, это дело каждого. Хоть в ботинке или берете, если влезет, и если тебе удобно ее оттуда выхватить. Да… командир посжимал пустой кулак и вернул руку обратно.

Жмых ушел, а нас отправили по участкам на побережье. Сутки сидели впустую, а потом пришел «отбой», мол, поймали всех. Я с тройкой своих бойцов хотел вернуться в казарму, но Тран отвел меня в сторону:

— Доедь до учебной базы на… этой…

— Нашей или в Новом порту…

— Во-во, этих друзей в Новом порту.

— Командир, …

— Я сам не понимаю, но старой … кхм, чувствую, что мы опять крайними окажемся. Граф-то тебе как показался?

— А что?

— Нам выдали вводную, что тогда, когда ты его на веревке таскал, он в это время переворот в Корронне устраивал, прямо день в день.

— Нет, со мной точно он был, я его про школу спрашивал, про старого Рицеля, он его помнит.

— Вот, — Тран устало потер лицо. — А наших людей всех в расположение загнали, а мне это сильно не нравиться. Ноль четыре, помнишь?

«Ноль четыре» по старым шифровальным кодам означало переход подразделения на партизанское положение — рассредоточение, связь по закрытым каналам и, главное, отказ от выполнения чьих-либо команд не подтвержденных главой Островов.

— А кто сейчас глава Островов? — вслух подумал я.

— Во, — командир сощурился, — поэтому тебя и дернул, правильные вопросы задаешь. Еще кое-кого дерну, но не всех… не люблю… — он замолк. — Заедь, посмотри и по обстановке…

Заехал. Внутрь, посмотрев на нашу форму, пустили без проблем, а вот обратно спрашивали какие-то пропуска, это уже нехорошо. Возле одного из учебных корпусов стояли две наши машины и еще какие-то фургоны.

— Двое здесь, один со мной.

Зашли внутрь, и вовремя, у лестницы стоял белобрысый хмырь — помощник Жмыха — отвратный тип, который занимался у него всеми не афишируемыми делишками, и наш «красавец» Аругг.

— На охотника и волк бежит, — обрадовался моим капральским нашивкам белобрысый. — Рядовых туда не надо. Пойдем с нами.

— Пойдем, — Аругг с довольным видом обтирал кулак от крови.

Я опустил глаза, ботинки его тоже были запачканы бурым. Этот корпус я хорошо знал, бегал тут по молодости к одной поварихе.