Совсем другая жизнь.

Снова грохнуло, это же какая тварь так лихо бросает… упали рядом с отстреливающимися, те дернулись, но увидев, что стволы обращены не к ним в спины, а в сторону долины, только выматерились. Сержант сноровисто перезаряжал магазин, злобно щурясь, еще трое поливали огнем вверх стены, откуда вылетали гранаты. Пятый пытался перевязать лейтенанта Ремма, из груди которого толчками выхлестывалась кровь.

— Не продержимся здесь, надо уходить! — Жук дернул Гнуса за ногу, стаскивая вниз. — Не высовывайся! — Тут же грохнуло, но не у нас, а на стене, Оса подловила бросавшего.

Их пулемет замолчал, зато Пчела отработал на всю катушку, веер пуль над нашими головами сначала прошелся по склону, затем ударил по бойницам стены.

— Бежим! Все! Хватай лейтенанта! — Гнус, как ни странно, сориентировался первым. — Давай! Давай!

Морпехи подхватили своего лейтенанта и второго, раненного в ногу, и рванули в сторону наших скал. Мы с Жуком высунулись из выемки, поливая огнем. Комар с Гнусом пальнули в сторону противоположного склона, где снова кто-то зашевелился.

Пулемет Пчелы снова выплюнул очередь и смолк, лента кончилась. Успели. Подъем в «висячую» долину с пещерой со стороны замка не виден. Пыхтя и отдуваясь, влезли наверх, снизу вновь застучали выстрелы.

Сержант морпехов матерясь стал перезаряжать винтовку, по-прежнему косясь на нас.

— Где остальные? — Гнус помогал перевязывать лейтенанта, тот хрипел, повязка сразу намокала кровью.

— Егеря, чтоб их дракон подрал, — сержант снова ругнулся. — Если бы вы не предупредили про обратный билет, все бы легли, а так … — он развел руками.

— Кинули гранаты и в упор…

Гнус наклонился к умирающему:

— Ремм, кто вас послал? Кто приказал? Ремм!

Тот открыл глаза, сфокусировался на сержанте, потом перевел взгляд на командира и вдруг схватил его за руку.

— Ремм, кто вас послал? — снова повторил тот.

— Вонгг. Вонгг.

— Вонгг? Барон Вонгг? Министр финансов? Он то здесь причем? — Сказал: фальшивомонетчики… тут… — изо рта у лейтенанта полилась кровь. Он посмотрел вверх, на ярко голубое даже вечером, как обычно в горах, небо, вздохнул и затих.

Гнус продолжал держать его за руку, затем опустил ее и провел Рему по лицу, закрывая глаза. Встал, отошел к входу в пещеру и присел возле баулов и пленницы.

Мы с Жуком переглянулись, сломался что ли? Непохоже. Подошли к нему, сержант морпехов увязался сзади.

— Значит так, орлы. — Гнус как будто ждал нашего подхода. — Жук. Сержант, как вас звать?

— Сержант Мыт, Морской полк, — козырнул тот.